Выходные рассказы и стихи

В теории – идеальная схема! Ключевое слово – «теория». На практике все было намного плачевнее. Встретившись в кампусе с Дэвидом Кинклом, она сразу поняла, что совершает ошибку. Этот парень за две минуты умудрился выпалить две расистские шутки и несколько раз дотронуться к тем местам Кейт, которые не успел потрогать никто за всю ее пуританскую жизнь. Внутренний Барни прошептал: «Пора!» – и сильная духом, девственно чистая Кейт распрощалась с обидчиком. Закончилось дело самыми грязными сплетнями в ее адрес, которым, конечно же, все поверили, ведь: «В тихом омуте…».

С тех пор она не сбегала со свиданий, а филигранно отправляла неподходящих мужчин в черный список.

– Вот мы и пришли, добро пожаловать в «Лист и боб», – произнес Лиам, открывая дверь.

От кофейни несло авангардом: красные стены и пол в шашечку играли злую шутку со зрением, вельветовые диваны отдавали стариной, стойка для заказов вместе с кофемашиной были вручную выкрашены в белый цвет.

– Давай сядем у окна, – настояла не желающая смотреть все свидание на пестрые интерьеры Кэтрин.

– Хорошо, я возьму себе кофе, а тебе… Чай?

– Да, спасибо.

– Заказал, скоро принесут, а пока расскажи о себе. Чем ты занимаешься?

– Я комик.

– Комик? Звучит как-то несерьезно.

– Сказал детский аниматор…

– Я режиссер-постановщик! Это временная подработка. Знаешь, как трудно пробиться юному таланту в Нью-Йорке? Весь Бродвей кишит крысами, готовыми на все ради карьеры, я не могу так.

– Чай, – сказал внезапно появившийся на горизонте официант, – Ваш капучино.

В голове Кейт проскользнула интереснейшая задумка. А что если сменить отработанную годами тактику? Прекратить тратить свое время на бессмысленные поддакивания и, возможно, собрать уникальный свежий материал для следующего открытого микрофона.

– Надо начать раздражать тех, кто раздражает меня.

– О чем задумалась? – прервал молчание Лиам.

– Как ты относишься к фиктивным бракам? – не успев ничего придумать, сказала она то, что когда-то ей говорил один из старейшин черного списка.

– Не знаю, зачем ты спрашиваешь? – пробормотал обескураженный ухажер.