В начале

В начале

Наталья Макарова

Когда в привычное течение жизни внезапно врываются непредвиденные обстоятельства, так легко запутаться и потерять себя! Герою этой повести Богдану предстоит столкнуться с крушением собственных идеалов и оказаться оторванным от близких ему людей. Ему придется сделать выбор, какой дорогой идти дальше: повернуться к свету Веры или остаться во тьме мирского несовершенства наедине со своими проблемами. У каждого свой путь к преображению души. Его и предстоит пройти Богдану, чтобы понять свои истинные стремления и определить свой дальнейший жизненный путь.

Наталья Макарова

В начале

Глава I

Евдокия поднялась, отряхивая с себя сухие травинки.

– Погубишь ты меня, Феденька, – сказала она, поправляя разметавшуюся косу, – не отмолить мне свой грех с тобой!

Федор прикусил зубами еще зеленый стебель колоска.

– Да что уж теперь-то. Иди сюда! – позвал он.

Евдокия снова прилегла ему на плечо.

– Вот повенчались бы мы с тобой, Феденька! Не пришлось бы больше от людей прятаться.

– Не могу я, Дуняша. Ты же и сама знаешь. Хоть и по сердцу ты мне, однако вместе нам не быть.

Евдокия вздохнула и смахнула рукой непрошеную слезу. Все она знала, все понимала с самого начала. Ей ли, простой сельской девчонке, мечтать о том, чтобы заполучить в мужья Федора – сына зажиточных родителей, недавно перебравшихся в город? У отца его – свои планы на наследника: подобрать ему невесту под стать, чтобы приданое принесла, чтобы положение упрочилось.

Федор по старой памяти в родное село наезжал. С друзьями-товарищами виделся, да и зазнобу свою Дуняшу не забывал. Но был с ней честен: не ровня она ему, будущего совместного у них быть не может. Но она все равно надеялась и шла к нему. Не раз и не два проводили они время уединенно то на сеновале, то на речке за мельницей, а то и в бескрайних полях. Так случилось и сегодня.

– Ты не серчай на меня, Феденька. Но сам же говоришь, что быть нам вместе никак нельзя.

– Это какой Артем? Который через улицу от тебя живет?

– Он самый.

Федор выплюнул стебель и отстранился от девушки.

– Ну, что ж, – произнес он, вставая, – знать, так тому и быть. Не приеду, значит, я больше.

– Как же так, Феденька? – Евдокия испугалась своих несвоевременных слов.

– А вот так, – Федор уже заканчивал одеваться, – не буду ни вам мешать, ни себе душу травить.