Курай – трава степей

Сидели, молча, с суровыми лицами ожидая ка- кой-нибудь напасти из зарослей любого куста потому как время было неспокойное, а тут еще пришлось ехать в такую даль, да еще и по соседству с мятежным Доном. Затянувшееся молчание нарушил Панченко, обращаясь к Денисову, спросил:

– Кто там у тебя уполномоченный участковый?..

– Гнилокишко Семён: в прошлом боец – Первой конной – самим Будённым благодарностью был отмечен.

– Ну и на что нам его благодарность, если он у себя дома не может контру к ногтю прижать?! Судя по тому, о чём меня ин- формировали так там, почитай и Советской власти-то нет, о ка- ких колхозах можно говорить?! Вначале надо вычистить – вся- кую сволочь, которая попряталась по хуторам, потом и дело ве- селей пойдёт.

– Так чего участковый там сам сможет сделать?..

– Почему сам?.. он – что не мог за эти два года подобрать себе актив?.. Оружие мы бы дали и паёк выдели бы.

– Не подумали, Василий Степанович, район то большой, а Глебовка она и правда – что Сахалин недаром там часть села так называют.

– До всего то – у тебя Денисов руки не доходят!.. смотри, как бы тебе их совсем не укоротили, а заодно и нам вместе с тобой; в одной Денисов упряжке ходим – не забывай это! И фамилия у твоего участкового какая-то отталкивающая, хоть он и будёно- вец. В такие места – скажу тебе – да ещё в отдалённые надо подбирать более решительных людей с пролетарской заква- ской, а не каких-то там – с гнилыми кишками.

– Василий Степанович, да где же я возьму таких бойцов?! С Питера с Путиловского завода выпишу?.

. так по вашему мнению?

– Не уж-то у тебя в отделе не нашлось человека более под- ходящего, на которого можно положиться эту отдалённую глу- хомань?

– Да кто же туда поедет… – кто семью бросит? Начнёшь за- ставлять – совсем уйдёт из милиции.

– Ну не говори, не говори… – это как к человеку подойти. В том вся и суть. У тебя же они все если не члены партии то ком- сомольцы вот и пусть попробует уйти, а там посмотрим что с ним делать.

Дальнейший разговор Денисов посчитал, что лучше не про- должать – для себя дороже выйдет и ушёл в молчание.

Он от- вернулся и стал смотреть вдаль: туда за горизонт, где с высоты бугра открывался вид на многие километры, завораживая своей необъятностью раскинувшейся степи. Впереди была очередная балка, в которую предстояло спуститься и в этот момент все си- дящие лицом походу движения впереди километрах в двух на возвышенности следующей балки увидели двух всадников.