Город М

На радость любителям ночных тусовок и к ужасу местных жителей, теперь обивавших пороги разных инстанций, требуя прекратить безобразие.

Борис ждал меня в той части Улицы, где всяких кафе и баров было не так много. Между двух красных Домов, глядевших друг на друга с легким пренебрежением. Узкая дорожка, пролегавшая между ними, упиралась в футбольную коробку, в это время дня пустую.

Борис тоже пришел один – сидел на узком бортике коробки. Он был мрачен, впрочем, как всегда. Поэтому я не заподозрил неладное. Как обычно, он был одет в любимую изношенную кожанку, надетую поверх толстовки.

Капюшон толстовки был натянут на кепку, чтобы та не слетела во время бега, – так он когда-то мне объяснил. Козырек кепки надвинут на левую сторону лица, прикрывая шрам, красовавшийся на месте глаза. Сбитые костяшки торчали над краями карманов старых джинсов.

– Здарова! – крикнул ему я еще на подлете.

– Здравствуй, Каравакс, – коротко кивнул Борис.

– Ну, рассказывай, кто наш новый спаситель?

Шутку Борис не оценил – только скрипнул челюстью, едва заметно косившей вправо.

– Ладно, серьезно. – Я прикурил окурок сигареты и сделал долгожданную затяжку. – Кто он? – Мои слова заволокло дымом.

Борис почему-то медлил с ответом, и тогда я решил еще пошутить, чтобы как-то разрядить обстановку. Но стоило мне открыть рот, как Борис бросился на меня. Я даже не успел толком осознать, что произошло, как в мои щеки, скулы, подбородок впились когти. Секунда – и он меня подсек. Я грохнулся, больно ударившись спиной, Борис навис надо мной грозной тенью.

– Седовласого мальчишку ты не получишь, – прошипел он, мельком бросив взгляд куда-то в сторону.

«Что?» Но мысль прервалась резкой болью, – кулаки Бориса забарабанили по моим ребрам. От тяжелых ударов, от смятения, от абсурда происходящего я выпал из реальности. А когда очнулся, понял, что все еще лежу в переулке. Надо мной хмурилось грозовое Небо. Я огляделся, чувствуя, как по лицу струится кровь. Бориса нигде не было. Я не мог точно сказать, защищался ли я.

Думаю, да – посмотрев на руки, я увидел кровь и ссадины на костяшках. Я перевернулся на живот, отполз с дорожки и улегся на газон у кирпичной стены.

Какое-то время я просто лежал, пытаясь унять боль, проломившую тело сразу в нескольких местах. Осторожно ощупал бока – вроде ничего не было сломано. Это придало уверенности. Я поднялся и по стенке поплелся прочь из переулка. На середине пути на меня обрушился дождь.

Ситуация выходила пренеприятнейшая.