Отъ Міра Сего

теперь связывает свое неоднозначное неприятие его и всего цикла посвященного приключенческой хронике волшебников из школы чародейств и магии (черт бы их всех побрал: Роулинг, массовое увлечение поттерианой и уж тем более компьютерную игру без даже намека на разврат, которые не дали тогда послушать музыку В-И-В-А-Л-Ь-Д-И!), музыка, которая многим прежде всего известна, как слышится по использованию в различных вариативных работах кинематографа, рекламы и прочего,

по первой части концерта, то есть в темпе аллегро нон мольто, которая зачинает всякую поступь в Сергиевский парк, что находится в Петергофе, средь сосновых стволов, кора которых вырезается соприкосновением и скольжением смычка по струнам, от виднеющихся корней к еле заметным высям и изгибающимся стеблям, поддевающих простыню неба, которое кто-то да застилает и правит, а нам же слышится завершительное аллегро сквозь хруст веточек под ногами, на фоне так называемого пиццикато, щипковой игре струнами пальцами рук, что вскрывают, шевелят ощупью бахрому и бархатистый мох деревьев, делающий похожими их на подвижные медные статуи, покрытые сине-зеленым налетом, с изгибами и переплетениями одеревеневших пресмыкающихся, на которые не хватает шариковой ручки с черной пастой для теснения в блокнот детальной прорисовки ветвистых лесов, спускающихся по склонам, укутанным в подтаявший снег,

но которой хватило бы для автопортрета или обнаженного настежь тела, отведенного на ночь за прикосновения тела к линиям, окружностям и впадинам другого, ветвей словно извивающимися змеями друг к другу, расходясь и прорастая все более и более мелкими отраслями, на которых еще быть может остались листья, или на которых ниспадающе торчат еловые иголки, со взгляда снизу вверх привлекающие своей мягкостью и пышностью, стволов и рукавов деревьев, что расходятся и порой выступают как стрелы с крайними небольшими отростками наконечников, что многими веками, старше и строже, чем мы, что вобрали в себя всех тех, кто был ходящим тут или лежал быть может под ними, и всех тех, кто ходит, взирая на них ласково и с ропотом невинного сердца, хранящего верность детству, стоят и подобно тотемным дубам с выступами и наростами похожими на проступающие лица, руки, оленьи или козлиные рога, доводящие до восторженного оцепенения не только своими бросающимися для грезящегося ума, укутанного в пальто с затемненными очками, формами, но и цветовыми, то есть расцветающими, переливами охры и махагона, зелени на оттенках от серо-свинцовой дымки в н