Поэтический конформизм

На глубину души моей от бьющих словом уст

пусть сердце, воя, упадёт, как раненый мангуст,

и, может быть, сиянье звёзд померкнет и падёт,

когда с глубин немой души вдруг сердце запоёт…

ОДА НИКЧЁМНОСТИ

Утренним словом подстёгивать к цели,

Ночью терзаться вопросом: «зачем?»

Будто случайно забыл закрыть двери:

Жду возвращения сказочных фей.

С каждой попыткой себя оправдать

Громче становится ода никчёмности.

Вряд ли смогу я всецело принять,

Что упускаю простые возможности;

Что напевал у себя за спиной

Старую песня во славу двуличности.

Глубже не бездна, а шкаф платяной —

В тряпки завёрнуты кости античности.

Сколько прочесть благодушных страниц,

Сколько прожить в осознании дао?

Время не знает каких-то границ —

С ним я неспешен, хоть медленно таю.

Линии жизни. Цикличности круг.

Сколько ни падай, а график не кончится.

Время помощник и вредный недуг,

Мелкой скотинкой вокруг меня носится,

Чтобы разделся, помылся, лёг спать.

Чтобы закончился день ритуалом.

Солнце сожрёт догоняющий варг.

Кончится всё, знаменуя начало.

ПАРАНОЙЯ

Брошен среди одинаковых фабул —

Вот тебе, друг, твоё «мёртвое общество».

Вместо поэтов тут прячется Фавн…

Где же ты, где, долгожданное новшество!?

Ты не Гоген, но типичный дикарь.

Вновь накатил для затишья по маленькой.

Где-то внутри ревёт страшная тварь,

Но почему ты зовёшь её славненькой?

Зубками клац, и твой город в крови,

Но повторишь: «это всё одиночество,

Всё развивается ради любви!»

Снова ты спутал безумие с творчеством.

Здесь паранойя чуть больше, чем страх.

Вскроет живот, как швейцарские ножики.

Где б не скрывался, в каких бы мирах,

Вслед полетят ядовитые дротики.

НЕРАЗДЕЛИМОЕ

И свет – не свет, и тьма – не тьма.

Кричи, Эол, отец шторма.

О, мать метель, зови ветра.

Мне не до сна, коль нету сна.

И друг – не друг, и враг – не враг.

Мой новый Бог из старых саг.

А завтра что, Авессалом?

Кто под крестом, кто под стволом?

И дух – не дух, и плоть – трава.

Цветут акаций острова.

Не оборвать, не растолочь.

Узор огней венчает ночь.

И жизнь – не жизнь, и смерть – не смерть.

Всё кверх ногами сопричесть.

Персты проворны и грубы —

Прядите, мойры, нить судьбы.