Новый день

– Как она заметила? Я всего пару раз взглянул, – шепнул Алан Джеймсу, когда Джена удалилась.

На Алана это не похоже – приударять за девчонками. Проделки юности не в счёт. А тут посмотрите-ка, пялится без стеснения на Джену, какие уж там пару раз. Джеймс улыбался. Наверное, он сам так же пялится на Стилл.

Ко времени прилёта Стилл настроение у всех было расчудесным. Алекс мастерски делал свою работу с помощью Джены, но, не способный выразить толково свою мысль окружающим, он умел толково окружающих рассмешить, рассказывая ядрёные байки в тему после щелчка затвором.

Потом они отсняли дубль сплошной импровизации – репетицию перед съёмкой с воздуха и, в конце концов, услышали надвигающийся рокот лёгкого вертолёта, не прекращая играть ещё два повтора подряд для благополучного завершения съёмок с воздуха.

Вертолёт приземлился поодаль, забрал Алекса и снова взмыл в воздух. Над площадкой по громкой связи раздался мягкий, но уверенный голос Стилл:

– Спасибо за работу! Все молодцы! Развлекайтесь дальше!

До вечера то на площадке, то в коттедже, YADD развлекала Джена, расставляя с ними сцены всех следующих дней съёмок, отпуская острые шуточки, поддерживая боевой дух.

– Котятки могут идти баиньки.

***

Стемнело. На небо набежала банда чёрных туч. По этому поводу появились волнения: тучи завтра могли помешать съёмкам.

После ужина в гостиной остались не многие – ранний подъём и плотный график отправили людей спать. Оставшиеся: Джена, Виктор и YADD, YADD – от нечего делать, ждали Джейн, Родриго и Алекса.

Дело в том, что было уже десять вечера. Вернуться с аэросъёмок они должны были в шесть. Но в начале седьмого Джейн дозвонилась Джене и сообщила, что у них случилось «чрезвычайное происшествие». Ещё сказала, что аэросъёмка прошла великолепно и происшествие с ней не связано, и будут они поздно.

– У них тут дисциплина, как в армии, – сказал Алан тихонько, чтобы не услышала Джена, – а Стилл для них и королева, и правительство, и закон. А Джена, похоже, второе воплощение Стилл там, где её самой сейчас нет.

Парни к нему повернулись.

– Сами рассудите: делают всё слаженно, не торопятся никуда, не суетятся, вопросов лишних не задают.