Два друга – недруга: Есенин плюс Мариенгоф

Так что ли?

Есенин снял туфли, плюхнулся на старый диван, и с удовольствием вытягивая ноги, весело заметил:

– Если Герасимов откажется, возьмем в соавторы Владимира Кириллова. Как думаешь Антоныч?

Клычков пожал плечами.

– Не знаю. Они ведь друзья, поэтому Михаил может обидеться. Да и Кириллов не пойдет на это.

– Я вот в издательстве с поэтом Мариенгофом познакомился…

– И что?

Может, пригласим его? – не без интереса спросил вдруг Есенин.

– Ты читал его книжку стихов «Витрина сердца»? – задал вопрос Клычков.

– Представляешь, нет.

– А мне попалась на глаза. Так вот скажу, что слабая вещь. Не стихи, а какие – то нервные выкрики, много пустого, ненужного. И в этих стишках он, между прочим, прославляет мертвецов, а нам надо воспеть жизнь и героизм. Те самые красногвардейцы, которые погибли за революцию, они для нас должны быть как живые. Разве не так?

– Да так, – исподлобья глядя на Клычкова, произнес совсем тихо Есенин.

Его веки начали закрываться, и он медленно стал погружаться в глубокий сон.

Сквозь дремоту услышал, как Клычков сказал:

– Обещал придти Петр Орешин, схожу в магазин, куплю чего – нибудь. У меня еще немного денег осталось.

Есенин ничего не ответил, так как уже спал. Золотистого цвета волосы веером разметались по подушке.

Клычков тихо, почти на цыпочках вышел из квартиры, старясь, лишний раз не шуметь.

Глава 3

Через неделю Есенин сам решил навестить поэта Михаила Герасимова, который должен был написать совместно с ним и Клычковым «Кантату».

Он желал окончательно уточнить у него, будет работать с ними или нет.

Уже подходя к дому, где проживал Герасимов, Есенин неожиданно столкнулся с самим поэтом.

– Ко мне, что ли Серега? – спросил Михаил, и его хмурое продолговатое лицо едва заметно посветлело, и мелкие морщинки чуть – чуть набугрились около глаз.

– К тебе, к тебе, – буркнул Есенин. – Такое дело значит, Клычков все ноет, что надо стихи успеть подготовить к годовщине революции.

Высокий, статный Герасимов, который стоял, практически вытянув руки по швам как солдат, кивнул и важно заметил:

– А как же намерен. Тем более обещали пайки продуктовые выдать.

– Это так, – согласился Есенин.

– Ну, давай тогда ко мне что ли, как раз выпьем немного нашего русского вина и поговорим.