Море просыпается рано

Успешно сбежав на пару часов от вечно ноющего города и ропота машин, Джеку не удалось преодолеть последнее препятствие – проклятую ночь. Оставалось только смиренно дожидаться рассвета и тесниться с зудящими мыслями. Алкоголь обострил подавленную нервозность, отчего всё вокруг казалось враждебно настроенным. Но что стоит злость одинокого пьяницы, что приютился на лавочке возле фонаря? И на что он злился на самом деле?

– Ты снова не спишь, мой старый друг, – Джек спрятал зажигалку и посмотрел на мигающий фонарь. – Надеюсь, ты не будешь против моей выпивки?

Очередная сигарета побудила сильный кашель, но пара глотков виски поправили ситуацию.

– Засранец Барри оказался прав, здоровье ни к черту. А хотя знаешь, я был бы не против откинуться именно здесь. Очень романтическая атмосфера, – Джек прикурил и почувствовал вибрацию во внутреннем кармане плаща. Сощурившись, он обнаружил, что телефон практически разрядился.

– Есть у меня одна идея, – Джек набрал номер и нажал кнопку вызова. – Стив, дружище, как ты там поживаешь?

– Здравствуйте, вы позвонили Стиву Миллеру.

– Я рад за тебя. Спрашиваешь, как у меня дела? Просто замечательно. Хотел бы предложить увидеться на днях. Посидим в баре, выпьем, обсудим нашу сделку, – Джек нервно сбросил пепел с сигареты.

– Пожалуйста, оставьте ваше имя и голосовое сообщение…

– Договорились. Рад, что не забываешь старого друга.

– Я свяжусь с вами, как только это будет возможно.

– Чертов ублюдок, – разъяренный Джек пытался заглушить агрессию алкоголем. – Да подавись ты своими бумажками. Как только всё пошло под откос, сукин сын решил умыть руки. Вместо помощи – обещания, которые в конце концов обернулись ничем. Столько лет дружбы впустую, но плевать на мои обиды. Вот Мэри бы этого не простила.

Легкий ветер обдувал его лицо, с площади доносились отдаленные голоса людей и звуки машин. С последней затяжкой он полностью освободился от злости.

– Самое время помедитировать. Я тут прикинул, что бутылка виски, полупустая пачка сигарет, ключи от коробки под названием «дом» – это всё, что у меня осталось. Забавно, что я разговариваю с фонарем, но это первый раз, за последнее время, когда я нахожусь в столь приятной компании. Глупые люди приняли бы меня за сумасшедшего, но мне плевать.