Саша. Маленькие повести

И в это самое время прямо под ним вдруг что-то резко хлопнуло, разбилось и разлетелось в разные стороны… Павел открыл глаза. В комнате было уже светло. Вера спокойно спала рядом, а на полу под ними веером рассыпались осколки глиняной корчаги, которую принес и грохнул об пол многоопытный сосед, громко сказав: «Это на счастье! Это традиция у нас такая».

***

Медовый месяц после свадьбы Павел и Вера провели замечательно. Павла повысили по службе, на жительство они с женой переехали в небольшой городок Красновятск, где получил скромную однокомнатную квартиру.

Работа на новом месте его вполне устраивала, благо что телефон сейчас был у него под рукой. Павел названивал по телефону, когда было нужно, записывал важную информацию на бумагу, а вечером давал почитать эту бумагу жене. Жена читала записи перед сном, но ответ давала утром, на свежую голову… Почему именно так, Павел понять не мог, да и не пытался, если быть откровенным. Для него было важно, чтобы конвейер работал. Чтобы все преступления раскрывались своим чередом – без спешки.

Только однажды, когда он ненароком проснулся в четыре часа утра и Веры рядом с собой не обнаружил, то неожиданно забеспокоился. Да тут ещё входная дверь на кухне предательски скрипнула, потом тихий шепот донесся из темноты. Впечатление было такое, как будто два человека вполголоса на кухне о чем-то беседуют. А перед тем как жене вернуться – яркая синеватая вспышка за окном мелькнула, похожая на свет от машинных фар. Тогда, помнится, Павел этому странному событию большого значения не придал.

Когда Вера вернулась к нему – он совсем успокоился, только раздосадовался немного, что она ему ничего про ночную отлучку не сказала. Скорее всего, не решилась разбудить. И когда жена снова ровно задышала, когда уснула, Павел быстро взглянул на неё при лунном свете, пытаясь понять, какая она сейчас? Что в ней изменилось? Внимательно присмотрелся к лицу… Ничего не изменилось.

Когда немного рассветало, Павел Егорович поднес руку с часами ближе к глазам. Шесть тридцать. Пора вставать, а то, чего доброго, голова заболит от бесполезных дум. Павел тихо поднялся с постели, сделал несколько физических упражнений в пустынной зале.