Мистический лабиринт. Лирика и мистика

Вот так и живем, и теряем какие-то книги,

Лишь моря простор остается и страсти вериги,

А все остальное придумаем завтра мы сами,

И новые звезды опять засияют над нами.

И Фауст усталый, он бесу сегодня не верит,

Он мир этот чудный аршином отчаянно мерит,

Там море и небо над нами -бушует стихия,

И смотрим мы немо на шири и дали иные.

Там облачных тройка коней уносилась к закату,

Ласкали нас волны и вдаль убегали куда-то.

Усталые звезды искрились, и море хрипело,

Не в хоре церковном, но все-таки девушка пела

Томились души в городе теней.

Томились души в городе теней,

Страсть угасала в голосе забытом,

И только Мастер не простился с ней,

И по весне металась Маргарита.

Какая скорбь в глазах его слепых,

Сам Люцифер им белый вальс играет,

Они остались там, среди чужих,

На тени натыкаясь, исчезает

Творец эпох, что пеплом стали вдруг,

И прахом души светлые казались,

И только тело сжал немой испуг,

И танцевали там и расставались.

– Есть в мире свет, тот свет, – он говорит,

И в преломленье страсть его и сила,

И только пламя вечное горит,

Мир уничтожив, осень заскулила,

Как старый пес, печали без конца,

И без начала будут проявляться.

Томились души, не было конца

Сомненьям, стали тени появляться.

И в творчестве, забытые давно,

Они остались в городе иллюзий,

И только Мастер верил все равно,

Что женщина спасет, когда полюбит.

И в этом диком пламени на миг

Она осталась, и, растаяв снова,

Профессор иностранный там возник,

Он был чуть-чуть – рассеян и взволнован.

Профессор говорил, что зло спасет,

Когда оно с добром опять поспорит,

На Патриарших снова дождь идет,

И Мастер видит, как во тьму уходит.

Какая скорбь в глазах его слепых,

Сам Люцифер им белый вальс играет.

Они остались там, среди чужих,

На тени натыкаясь, исчезают.

И знаю, Мастер не простится с ней,

Но не вернуться, как там все тревожно,

Когда она одна среди теней,

Поет и плачет, и уйти не может

Эти скорбные вечные лица

Зачарованный бледной луной,

Он не ждет уже тень Маргариты,

И в печали и неге иной

Он остался, и всеми забытый

Все еще попытался понять,

Что случилось за миг до разлуки,

И стремятся всю землю обнять

Эти дивные сильные руки.

Что во мраке приснится потом?

И чего не увидеть вовеки.

Вот идет он куда-то с котом,

Никого в той пустыне не встретит.