Главный переход

Игнатьев мямлил себе под нос неразборчивое, Елена вздыхала, дядя Лёша пялился в землю, сопротивляясь порывам ветра, а лемуриец уныло и неотступно плыл позади.

– Вы не находите, что светает уже? – осторожно осведомилась Елена Дмитриевна.

– Да, – буркнул сторож.

Добравшись до третьего подъезда, компания бесшумно втянулась в него, и двери бесшумно захлопнулись. Внутри стоял грустный Павел.

– М-да, Алексей Степанович. Со Смертью не шутите больше.

– Павел, поверьте, мне и без вас досталось. Давайте проводим скорей Игнатьева, а то я видеть его не могу.

– Как? – недоумевающее и с обидой спросил Игнатьев. – Я вас спас. Я ей по морде треснул!

– А кто меня туда потащил?

– А сами-то вы чем думали? – проскворчал Павел.

– Ладно, ладно. Ничем не думал. Пошли.

Приехал лифт – ещё более древний и скрипучий, чем в четвёртом подъезде. Панель с кнопками разрослась, как на дрожжах, – дополнительных этажей проявилось целых двенадцать. Павел нажал «4-L», и лифт потащился вверх. Вконец удручённый Игнатьев к промежуточным этажам, проползавшим мимо окна кабины, в отличие от Елены был полностью равнодушен.

– Как Зоя? – спросил дядя Лёша.

– Вполне нормально. Живёт в своё удовольствие.

– Никуда не выходя?

– Не выходя. Мы обновили ей гардероб, подобрали журналы и накупили много всего вкусного. Радуется, не жалуется. Нормально всё.

– Вкусного?

Лифт причалил к четвёртому-Эль, лемурийца с Игнатьевым проводили до высокой зеркальной двери.

– Алексей Степанович, вы простите меня, идёт?

– Да и ты меня, Вить, давай, отсыпайся.

– Отдыхайте, Витенька, – сонно произнесла Елена Дмитриевна, сама имевшая бледно-зелёный цвет ауры… или кожи. – Спокойной ночи, – обратилась она к лемурийцу, вгружавшемуся в квартиру. Игнатьев виновато улыбнулся и так же виновато закрыл дверь. Прочие трое увидали в ней своё отражение, несколько странное, как будто смотрели сами на себя со старой фотографии, развернулись и почапали обратно к лифту.

На первом этаже сторож узнал у хранителя, кто их с Еленой встретит в Переяславском доме.

– Инга.

– Кто это?

– Инга? Моя подруга. Она появилась с картины одного местного художника. Жил в том доме. Инга странновато выглядит, но милая. Да и художник был немного странноватый.

– Но милый?

– Вполне. Ступайте давайте. Рассвет не за горами.