Родинки. Лирика

И свет качался в темноте,

Надежды вечными волнами,

А белоснежный серафим

Всё гладил тёплыми крылами.

Магия вербы

Нежный бархат весны

предрассветной зарёй

тихо шепчет о

жизни бессмертной

И готовы ли мы

поделиться судьбой

с самым близким

и самым заветным?

В час рожденья, и в час путешествий

в даль без края и бытия,

мы храним в своём сердце столетья,

думы прежних дорог не тая.

Нас запомнят иль позабудут,

но уверены только в одном,

сохранив в себе вербу и душу,

мы счастливыми в вечность войдём.

Время жизни

Здесь вечерами до заката

Мы жили временем одним,

Минувших лет пустые траты

Мелькнули образом чужим.

И после нас оставит берег

Прибоя вечную волну,

И песню дюн усталый вереск

Споет для мира не одну.

Тропа с опавшею листвой

Уводит нас по чаще светлой,

И рук твоих земной покой

Оставлю в сердце незаметно.

Шиповника лесной рубин,

И сосен стройные тела,

Я жил на свете не один,

Со мною наша боль жила.

И пряталась во тьме времён,

Чтобы исчезнуть под волнами,

Меняя множество имён

Под мимолетными ветрами.

Я тебе напишу…

Я тебе напишу,

строки лягут волной на бумаге,

и, как утренний свет,

запылает на сердце заря,

мне бы нежность твою

пить до донца, до вечности надо,

чтобы солнце в глазах

ласкало нам души не зря.

Неземное

Я серебром солёного зюйд-веста

вдруг прилечу из космоса в дали,

увидеть свет чарующего детства

в твоих глазах на краешке земли.

Мера чудес

Ничего, даже прошлого, не оставлю себе,

И лечу, в мире брошенный, силой жизни к тебе.

Промелькнули печали в лёгкой дымке судьбы,

И я вновь у причала в ожиданье борьбы.

И не хочется верить в краткость пыльных дорог,

Но придётся измерить светлой юности срок.

Он как ветер надежды надо мной пролетел

И простою одеждой в холода отогрел.

И лихому творенью раскалённых небес

Предпочту твою меру нераскрытых чудес.

Метроном под небесами

Никто не трогает рукой

Меня бессонными ночами,

Предоставляя лишь покой

Душе моей под облаками.

И в незапамятном бреду,

Явившись в мир туманом летним,

Я снова в мир другой уйду,

Искать, что не нашел в обетах.

А мать качала колыбель,

Шепча губами покаянье,

За то, что вечная метель

Судьбу отметила страданьем.