«Не сезон»

Вы ее кому-нибудь пускали?

– Ни разу, – ответил Саюшкин.

– В юрте пустите. Чтобы я вас потом не застрелил, вам следует стать моим соучастником, который на меня не настучит. Вашу дочь пачкаться в крови я не заставлю. Тебе бы, детка, с нами не ходить. В лесу ты как, не отсидишься?

– Укройся, милая, в лесу, – сказал Саюшкин. – Не нужно бы тебе в юрту соваться.

– Паскудство вы мне предлагаете, – промолвила Марина. – Двое главных для меня мужчин на передовую, а я в тыл? Не пойдет! В юрте я буду с вами.

МАРИНА, Евтеев и Алексей Кириллович Саюшкин внутри юрты; девушка ворошит ногой набросанные на деревянные настилы шкуры и одеяла, ее присевший отец щупает оставленные в круге для костра головешки, раздувшийся от агрессивных намерений Александр Евтеев бездействует.

Взглянув поверх Саюшкина на обуглившуюся древесину, Евтеев начал быстро ходить по юрте.

– Гадины, мрази, все бы здесь спалил, – процедил Евтеев. – Но я не поджигатель.

– Не террорист, – промолвил Саюшкин.

– Что? Чего? Ах, вы о террористе… я его не поймал и, вероятно, не поймаю.

– Танец мертвецов привычнее Ивану Ивановичу наблюдать, – сказал Саюшкин.

– Это что, образное выражение? – осведомился Евтеев.

– Иносказание. Хотите в лоб? Не дубиной, а фразой в форме вопроса. Об Иване Ивановиче.

– Спрашивайте, – кивнул Евтеев.

– Его вы в террористы не записывали? Он у вас в подозреваемых не числился?

– Кто только ни числился, – проворчал Евтеев.

– И я, – добавил Саюшкин.

– Вы с шофером Дрыновым в моем списке не фигурировали. Шофер потерял автобус, вы дом… не совсем достаточное, но все-таки доказательство невиновности.

– А у извращенцев жилье цело, – сказала Марина.

– Ты подразумеваешь, что взрывы устраивали они? – спросил Евтеев. – Да я бы не сказал… они – извращенцы, и я их не обеляю, однако валить на них всю творящуюся лажу чрезмерно… и непрофессионально.

ЗАСТАВЛЯЯ себя взбираться на пик мозговой активности, Александр Евтеев сидит у разведенного и уже затухающего костра, который частично заслоняется от него протянутыми руками Марины Саюшкиной, упорно пытающейся их согреть.

Ее руки двигаются. Евтеев невидяще смотрит, как они плавают над огнем. Алексей Кириллович Саюшкин, встав впритык к выходу, выглядывает из юрты в ночь.