Моторы гинеколога Суна

А вы с Жорой дистанцию в семьдесят пять километров когда-нибудь преодолевали? На пятнашке или полтиннике мне с вами, молодыми, однако забег на семьдесят пять, он не для мальцов, а для мужчин. Под финиш, ребятишки, я вас сомну! То, что с вами сделаю, не идет ни в какое сравнение с том, что имеет место на ваших современных гонках!

Луфанов. На них происходит… спортивное соперничество. Вы что же, готовы прибегнуть к бесчестным методам?

Ткаченко. Вы зайцы. А я волк. Он здоровее и яростней зайцев. Поскольку они меньше, им небось кажется, что он берет над ними верх бесчестно.

Блошигин. Мы, Виктор Петрович, люди. Объединив наши силы мы встанем перед вами двумя людьми против одного человека, а не двумя зайцами против волка. Волку что два зайца, что три, он и пятерых кинувшихся на него загрызет, но если где-нибудь на лесной лыжне на вас набросимся мы с Луфановым, вы о волке в себе позабудете. Махач с нами вам, Виктор Петрович, на пользу не пойдет.

Ткаченко. Перевязочным материалом вас Петр Палыч снабдит.

Без бинтов вы истечете кровью, что меня, вашего тренера, вгонит в уныние – зеленый свет на нанесение вам увечий я себе дам, но ваши смерти повлекут за собой мой сумеречный настрой, который посеет во мне ментальные разрушения с одобрения моего проникнувшегося к вам сердца. И это не рисовка. О тренерской любви и грядущих для вас увечьях я сказал с полнейшей откровенностью.

Луфанов. Виктор Петрович нас запугивает.

Блошигин. Пальцем он погрозил нам по-взрослому.

Луфанов. Даром ничто не проходит.

Блошигин. Не позаботиться о нашей безопасности было бы неоправданным риском.

Луфанов. Некая деревенская утварь, наподобие топора, пришлась бы нам очень кстати. Топор у вас, Петр Палыч, во дворе?

Калянин. А вы намерены им лишь запастись или использовать его превентивно?

Блошигин. Действия неприятеля лучше предотвратить. Имейся у нас топор, вы, Виктор Петрович, действовать против нас не передумаете? Если нет, действовать начнем мы.

Ткаченко. На тренера с топором?

Блошигин.

Как бы это ни звучало, но… а что еще? Окончить свои дни здесь и сейчас вы вызвались сами. Кто вас заставлял говорить, что вы нас изувечите?

Ткаченко. Все разгорелось из-за денег… ты, Петр Палыч, страсти не погасишь?

Калянин. У меня вы друг друга не поубиваете. А чтобы вам и на лыжне в погоне за главным призом подобное не вздумалось, призовые пятьдесят тысяч я разделю так – победителю достанется четырнадцать. Остальным троим по двенадцать.