Под сенью эпохи и другие игры в первом лице

Со своей парты я видела, как Таня, не отвечая на вопрос учительницы, пощипывает себе лицо.

На бульваре Яна Райниса в проходе меж двух домов ранним утром нашли убитую.

Вечером нашу Ларису преследовал бандит, и когда та в спешке упала, наступил ей ногой на спину, чтобы не убежала. Лара закричала от страха, и бандит сбежал, оставив на Лариной куртке свой след.

Мама в молодости бежала от преследователя по лестнице собственного дома. Добежав до своей квартиры и сумев открыть её ключом, мама захлопнула дверь перед носом бандюги и, обессилев, села на пол под дверью, всё ещё видя перед собой его ухмылку.

Шпана в подворотнях преследовала малолетних девочек, не взирая на их ранний возраст.

Весной восьмидесятых, когда начал таять снег, на улице Гришина нашли труп восьмилетней девочки.

Я росла в окружении насилия. Страх насилия держал меня начеку каждый день, и особенно вечер, в течение всей моей жизни. Я не входила в подъезд, если там уже кто-то был. Не садилась в лифт, если кто-то собирался в него сесть.

Я выглядывала свой путь издали, чтобы обеспечить себе физическую безопасность. Москва – опасный город. Нас учили, что все большие города мира опасны. Теперь я знаю, что это не совсем так.

– Папа, кричат! – я чуть не выпрыгнула в раскрытое окно в ночной рубашке.

Папа надевал брюки. В соседнем корпусе кто-то выглянул из окна. В ночи района светилось всего несколько окон, остальные семьи спали.

– Валя, куда ты один?! – в ужасе запротестовала мама. – Только с кем-нибудь!

– Я Федю позову, – согласился папа.

– Папа, скорей! Опоздаешь! – нервничала я.

Крики продолжались, обнадёживая, что жертве всё ещё удаётся избежать расправы. Папа вернулся через час, ухмыляясь и качая головой.

Федя идти отказался, и когда папа спустился на улицу, увидел несколько таких же одиноких, как он сам, рыцарски настроенных соседей. Группкой они пошли на крики и пришли в соседний дом на девятый этаж, где возле квартиры, откуда слышались крики, уже толпились соседи.

Дрались по пьянке муж с женой, уже не первый раз, и соседи колотили в дверь, убеждая их открыть.

Когда прибыла милиция и взломала дверь, публика увидела, что жена вопит: «Помогите!», – бегая с топором в руках за мужем.

Бывшую окраину Москвы и рабочий район Тушино, суть которого справедливо характеризовало словосочетание «тушинский вор», застраивали новостройками и заселяли приличной, в большинстве профессиональной публикой, не только московской, но и других городов и республик.