Джанетта

Но врожденное чувство прекрасного подсказывало мне, что его ждет горькое разочарование. Глиняные фигурки, грубо раскрашенные, казались мне такими безобразными, что я стыдилась собственной работы. А дядя был доволен и шел себе, весело напевая, по тропинке, петляющей по склону горы. Мало-помалу красота окружающей природы заставила меня успокоиться и позабыть свои огорчения.

Мы вошли в какую-то деревню, где хорошенькие домики приветливо выглядывали из зарослей фруктовых деревьев. Жизнерадостные детишки весело играли и резвились под тенью каштанов, сквозь листву которых блестел на солнце шпиль маленькой колокольни.

Встречные люди казались мне необыкновенными – добрее и красивее тех, кто окружал меня в обычной жизни. Я совсем забыла свое горе – горе одинокого, никем не любимого ребенка, и от всей души наслаждалась путешествием. От одного взгляда на деревья, зелень, веселые лица незнакомых людей на сердце у меня становилось легко-легко.

Когда мы пришли в Комо, дядя повязал мне голову розовым платком и, расставив передо мной статуэтки, стал зазывать покупателей.

Громко восклицая и размахивая руками, дядя приглашал прохожих почтить вниманием работу маленькой двенадцатилетней девочки, которая никогда ничему не училась.

– Это природный гений! – кричал он. – Ее вдохновляли горы, среди которых она родилась. Откуда взялся у нее такой талант? Этого никто не знает. Но вам, добрые господа, и нет до этого дела. Вы только развязывайте свои кошельки и покупайте удивительные вещицы, которые сделаны этим ребенком.

Вокруг дяди собралась целая толпа. Все слушали его и смеялись, но никто не спешил восхищаться моей работой, как, бывало, путешественники, которые случайно видели фигурки, вылепленные мной в горах ради забавы. Теперь же только дети, привлеченные яркими красками, купили несколько статуэток, заплатив за них сущую безделицу. Мой дядя, обманувшийся в расчетах, был вне себя от негодования. Но, хотя он и постарался сорвать свою злобу на мне, я все-таки не чувствовала себя в Комо слишком несчастной.

Мне доставляло величайшее удовольствие стоять на берегу озера и смотреть на прозрачные голубые воды, на отражавшиеся в них облака. Маленькие, словно игрушечные пароходики скользили по зеркальной поверхности озера, спеша от одной пристани к другой. На них толпились нарядные и, как мне казалось, веселые люди.

Но ничто не сравнится с блаженством, которое я испытывала, находясь в соборе, где могла просиживать целыми часами, не отрывая глаз от статуй и картин.