Чужбина не встречает коврижками

– Огромное вам спасибо, батюшка, – поспешил я поблагодарить попа. – Вы прямо спасли меня.

– Не стоит благодарности, сын мой. Мы христиане и должны помогать ближнему.

– Зоя Степановна! – позвал священник. – Подойдите сюда, пожалуйста. И ещё, я обращаюсь ко всем присутствующим: пожалуйста, кто может помочь чем-либо, обратите внимание на вновь прибывшего нашего соотечественника, раба божьего Владислава. Он нуждается в постороннем участии. Может быть кто-нибудь имеет возможность помочь ему в поисках подходящей работы? Не оставьте его без внимания.

Меня обступили сочувствующие, стали расспрашивать, знакомиться, интересоваться последними новостями, ибо я был для всех носителем самой свежей информации из Европы. Но все они были такие же, как и я неимущие, разница лишь в том, что немного раньше меня прибыли в Чили. А те, кто являлись имущими, то есть, эмигранты предыдущих потоков, отнеслись ко мне, кто с безразличием, а иные с откровенной неприязнью.

И тут, бесцеремонно оборвав все расспросы, ко мне решительно подступила уже знакомая старуха Шепокляк или, как её здесь называли, Фельдфебельша.

– Так! Это вы Владислав? – скороговоркой начала она. – Что здесь стоите? Быстро идите за мной. Я покажу вам вашу комнату.

– Подождите, Зоя Степановна, я хочу Владиславу предложить работу. Мне надо с ним договориться, – решительно попытался вставить огромного роста мужчина с неаккуратно подстриженной бородёнкой.

Но не тут-то было, Фельдфебельша явно владела всей полнотой инициативы. Она всё жёстко расставила по своим местам:

– Это ты опять, Чикин, лезешь не в свои дела? У меня нет времени болтать тут с вами попусту.

И обращаясь ко мне, властно буркнула:

– Пойдёмте!

Мужчина, которого назвали Чикиным, лишь сокрушённо махнул рукой. А я сразу же уяснил для себя, что лучше уж молча повиноваться в данной ситуации. Тем временем Фельдфебельша показала место моего пристанища. Это был старый аварийный двухэтажный особняк из красного кирпича. В нём давно никто не жил. Строение расположилось в соседнем с церковью дворе, там же находилось и другое совершенно новое четырёхэтажное здание, где поселились престарелые обитатели из старых русских.

Моя же комната была в столь запущенном состоянии, что от первого впечатления буквально отвисла челюсть. Там были выбиты стёкла, отсутствовала дверь, штукатурка во многих местах обвалилась, краска отстала от стен и свисала, закручиваясь спиралью.