И грянул свет

Понятия не имею, как он узнал, но…

– Что за человек?

– Какой-то инструктор.

– Костя, – Марина остановилась на лужайке и строго упёрла руки в бока. – Мы ведь с папой уже сказали – никакого мотоцикла до шестнадцати лет. Никакого вождения, никаких инструкторов.

– Нет, он – инструктор не по вождению, а… – Костя смутился. – Я толком не понял. Хотя говорил он по-русски.

– По-русски?! – отец, уже открывая входную дверь, вздрогнул. Обернулся и впился внимательным взглядом в сына. – Как он выглядел? Что говорил?

– Как выглядел? Очень высокий, за два метра.

А говорил… – Костя наморщил лоб, вспоминая. – Про солнце. Что оно слишком яркое с непривычки. А ещё он знал, как меня зовут.

Мама с отцом напряжённо переглянулись.

– И сказал, что знает всё, – вспомнил Костя. – А потом, когда я уже убегал, крикнул: «Увидимся!». Ну, по-испански – «нос вемос».

Игорь вдруг замер. Уставился взглядом куда-то сквозь Костю и застыл, будто лягушка в траве или игуана какая-нибудь. В общем, так, как умеют только холоднокровные.

А потом быстро нырнул в темноту пустого дома, как в ледяную воду, и только бросил через плечо:

– Стойте здесь.

– Игорь! – взмолилась Марина, но отец уже скрылся внутри.

– Мам, чего такое?

– Ничего, сынок. Всё хорошо. И всё будет хорошо.

Мама старалась говорить спокойно, но тревогой от неё повеяло так сильно, что даже Кике почуял. Заволновался, закрутился на месте, затоптался, переминаясь с лапы на лапу, и принялся рваться с поводка вслед за Игорем. А тут ещё из-за живой изгороди выглянула донья Роза, растерянно огляделась и принялась бормотать про «ньебла» – туман.

Мол, погода какая-то странная и вообще то, что сегодня туман, неправильно. Она так и сказала: «Инкорректо». Как будто туман делится на «корректо» и «инкорректо».

Костя из уважения к старости покивал донье Розе, а мама только задумчиво пробормотала соседке вслед:

– Неправильный туман? Совсем ку-ку.

Отец снова возник на пороге и, забирая у Кости поводок, скомандовал:

– Идите в дом.

Кике переночует в вольере.

Марина хотела возразить, но Игорь уже потащил растерянно машущего хвостом пса вниз по ступенькам. А когда вернулся, торопливо запер дверь, перепроверил сигнализацию и безапелляционно заявил:

– Собирайтесь. На рассвете уезжаем.

– Как? Куда? – Костя остолбенел от удивления.

– Все вопросы потом, – отрезал отец. – В другом месте и в другое время. – Указательным пальцем он надвинул очки на переносицу, рука задрожала.