«Святой Глеб»

«Святой Глеб»

Петр Альшевский

В данный том вошли концептуальные, представляющие несомненный интерес повести «Святой Глеб», «Лежащий атаман» и «Бронзовый призер».

«Святой Глеб»

Петр Альшевский

© Петр Альшевский, 2021

ISBN 978-5-0055-1820-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

НЕ ВЫПАДАЯ из относящейся ко всему сущему морозной застылости, к передней двери черного БМВ прислонился переживающий не лучшие времена криминальный деятель Максим Капитонов.

За четыре года волос у него поубавилось, подбородок отяжелел, взгляд обрел каменную безысходность; двое подручных Максима, сидя в машине, смотрят на являющиеся их боссом темное пятно и цепляют краем глаза лучащуюся через лобовое стекло светозарность.

Василию Акимову пятьдесят лет. Он вырастил трех детей и отбыл срок за грабеж.

Петру Алимову двадцать шесть. У него нервная чесотка и звание мастера спорта по самбо.

– Что он там стоит? – спросил Алимов. – И так всегда.

– С нами ему не сидится, – сказал Акимов.

 – Когда мы куда-то едем, он нас еще терпит, а когда машина встает, то и он выходит и стоит. Столько, сколько ему нужно. Сегодня время его поджимает.

– До встречи у нас двадцать минут. И она будет не здесь – минут за десять мы туда доедем, но он может простоять целый час, и мы опоздаем.

– О деле он помнит, – промолвил Акимов. – Если мы не поедем на встречу, то я тебе скажу, что это не из-за того, что он забыл, а из-за того, что он предпочел все отменить – что для нас неплохо.

С Максом нас трое, а с «Додом» меньше шестерых не приезжает. Будь Макс прежним, я был бы спокоен – из-за мелочи тот Макс бы не сорвался, и до стрельбы бы не дошло.

– До какой стрельбы? – воскликнул Алимов. – Сейчас уже не стреляют.

– Но ствол ты взял.

– Макс рассчитывает, что он у меня есть, – сказал Алимов. – А есть или нет, Максу должно быть без разницы – сам он пойдет, а нас опять оставит в машине, и мы никаким макаром не сумеем прикрыть его задницу.

Оттолкнувшись от машины, Максим целенаправленно идет к цветочному магазину, выделяющемуся лично для него буйной яркостью среди всего, принимаемого Максимом за блеклость.

На цветы в магазине он не смотрит, работающую там девушку рассматривает с расстояния, словно бы в упор; щуплая Лиза Ильина на мгновение переменилась в лице и зябко передернулась, причиной чему послужил сам мужчина, а не впущенный им с улицы холод.

– Здравствуй, Лизонька, соседка моя и мечта, – сказал Максим.

– Добрый день.