Вегетарианские сказки. Книга 1

Виргастикой она займётся;

Позанимавшись, улыбнётся!

А после сядет рисовать

Иль новые стихи писать.

Вот так проходят её дни,

И счастием полны они!

Растёт Севиль на радость нам

И умиленье пап и мам!

Глава 2

И вот в один из дней таких

К ней прибежал быстрей других

Зайчонок милый, в слезах весь,

И рассказал такую весть,

Что появилася в лесу,

И съела уж зверей: козу

И зайца-братика, телёнка

И мишку малого, бельчонка

Мясничка, пьяница Мертвилла!

Её давно перекосило.

Кривая как бараний рог

Жрала мясной она пирог.

И тёк по когтям её жир

Зайчонка, что недавно жил

С Севилей рядом, за углом,

И к ней ходил он часто в дом.

Давно они уже дружили,

Как брат с сестрою даже были.

Но вот вчера он не пришёл,

И в гости к Севи не зашёл…

И вот теперь его браток

Здесь перед ней, раскрыв роток,

Рыдая слёзки свои льёт

И лапки в ручки ей кладёт.

Севиля зайку обняла,

Домой скорее завела;

И уложив бедняжку спать,

За столик села написать

Во все концы лесного царства,

Доселе добра государства,

Чтоб всех зверей объединить,

Колдунью чтоб остановить!

И полетели как гонцы

По лесу смелые птенцы!

И уж узнали все вокруг,

Что появился злой недруг.

И что на общий всем совет

Собраться нужно. И в ответ

На се письмо, гонцам —

С пути уставшим молодцам —

Их накормив сперва зерном,

Писали к Севи об одном:

Чтобы звала она скорей

На помощь друга всех зверей

Волшебника, что им сосед,

И дружит с ними много лет;

И спас что многих уж в лесу,

И волка даже, и лесу, —

Их понимавша без изъяна,

Всех любящего Юлиана!

И что колдунью только он

Исправить сможет! Словно сон

Развеет колдовские чары

И в сердце ей вдохнёт он дары

Такие, что колдунья зла

Всем другом станет и добра!

Глава 3

Волшебник добрый Юлиан,

Он словно молодой тюльпан

Светился красотой и силой,

Всегда с улыбкой кроткой, милой.

Любил он правду, честный труд,

Его боялся всякий плут;

От трудностей не отступал,

И слово крепко он держал.

Вещей он лишних не имел,

Богатства вовсе не хотел.

Желаний в сердце носил мало,

Что правилом для жизни стало.

Лукавить с детства не умел,

Всегда весёл был, не болел.

Ни рыб, ни птиц совсем не ел

И мясо тоже не хотел.