Будущее человечества

К этому моменту Вик уже успел, шумно топая, миновать коридор, и «дура-три» было произнесено внутри его квартиры, что позволило избежать дальнейших вычетов.

– Синий звук? – поинтересовалась Мама.

– Потом, – отмахнулся Вик.

Как любой нормальный пьяный человек, он сделал то, что меньше всего стоило сейчас делать. Дважды хлопнул себя по груди, вызывая проекцию байфона, запустил нужное приложение, через раз промахиваясь пальцем, выбрал нужный контакт и нажал «вызов».

– Да, – несмотря на поздний час, Юко ответила почти сразу.

Изображения не было, но одного звука ее голоса оказалось достаточно, чтобы Вик тут же протрезвел.

– Юко, привет, – промямлил он.

– Ты что-то хотел? – трудно было понять, действительно ли она не желала с ним разговаривать или только делала вид.

– Я просто хотел сказать, – Вик запнулся. – В общем, я… Я рад, что ты оказалась женщиной.

Последние слова он почти выпалил скороговоркой.

– Хм… – в этот раз Юко хмыкнула чуть ли не ласково, подумала и сказала: – Что ж, надеюсь, что ты окажешься мужчиной, Вик.

И отсоединилась, оставив Вика в полном замешательстве. Он непонимающе моргнул. О чем это она? Черт!

– Синий звук? – снова поинтересовалась Мама.

– Давай, – буркнул Вик. – Без него точно не усну.

– Недоступно, – вдруг сказала Мама.

– То есть как недоступно? – не понял Вик. – Мама, давай синий звук.

– Недоступно.

– Без него я не засну.

– Сожалею.

Вик чертыхнулся. Встал, подошел к окну. Щелкнул пальцами, раздвигая жалюзи.

– Мама, жарко, – пожаловался Вик.

– Параметры байполя соответствуют оптимальному диапазону, – ответила Мама и добавила: – С учетом погрешности.

Погрешности?! Вик вдруг замер на месте, осененный страшной догадкой. Он вызвал проекцию, развернул текущий лог. Так и есть! «Оптимальный температурный диапазон – 36,0—36,6; текущая температура – 36,7». Всего одна десятая.

В дверях вдруг возник артефакт – все та же полупрозрачная девушка в воздушном платье. Медленно проплыв по воздуху, она приблизилась к Вику вплотную и подняла вуаль, заставив его вздрогнуть – у артефакта было такое знакомое остроносое лицо Юко.

– Все мы – гребаные снежинки! – зло прокричала Юко.

Лицо ее внезапно деформировалось и покрылось кровавыми подтеками, словно от сильного удара.