Здесь барство дикое!

Неприятия, особенно укрепившегося с отменой всех частных владений, с образованием СССР и переводом всего хозяйства на государственную централизацию, с регулированием и защитой интересов граждан, объединившихся в трудовые коллективы.

В сущности, в тот период времени речь пошла о том, как последовать исчерпывающе позитивному примеру цивилизации с ее решительным сокращением паразитического существования от неадекватной эксплуатациии среди самих людей.

И если следовать традиционной постепенности эволюционного развития цивилизации, то Россию ожидала участь вечно догоняющей Монархии за вечно убегающим вперед талантливым бизнесом, со свободным наймом живой рабочей силы в услугах у барствующих хозяев на частных предприятиях, в частных состоятельных банках и привилегированных семьях.

Но как только в международные круги прорвалась идея на возможное равенство свобод перед судом и законом по имущественному признаку, то сразу же возникла проблема с ее принципиальной неразрешимостью частного характера экономики, способствующей сословной поляризации именно по этому жизненно важному признаку!

России «повезло» в том, что если она в 20-м веке опиралась на идеологические домыслы про Запад, то свершилось, по сути, чудо: капиталистическую альтернативу просто взяли и грубо попытались натянуть на социалистическую.

И гремучее смеси вряд ли нашлось бы где-то ещё – в упорном и неудержимом движении познавать – как же закалялась российская сталь!

Оказалось, что революция революции – огромная рознь!

В социальной государственности (по аналогии с прежней заполитизированной социалистической), наметился выбор альтернативы – вместо крестьянина в батраках у частного хозяина – товарищеское единение интересов, с гарантиями и защитой государственной властью физического труда и доходов от труда.

Которое оказалась самыми надежным и эффективным в деле будущего роста и развития каждого гражданина России до уровня уже широко известных высших способностей и выдающихся талантов.

И именно социальная революция позволила осуществить прорывной скачок на коренное изменение политики в пользу однозначного приоритета укрепления – прежде всего самых слабых социальных звеньев страны и государства.