Здесь барство дикое!

Но вот что не менее интересно: выдержала бы критику в адрес Церкви – ничем не приукрашенная «Сказка о попе и работнике его Балде» в авторстве того же поэта, не очень лестная для солидного в то время религиозного института – на фоне уже свободолюбивых Декабристов?

И хоть ты кричи на весь мир про то, что вопреки инсинуациям политических конъюнктурщиков, усердно копающимся в исподнем архивном белье отдельных Личностей и периодов Истории – но авторство евро-марксистской леворадикальной концепции с революционным переворотом власти, диктатурой одной партии, преследованием инакомыслящих и борьбой с религиозными предрассудками – н и к о г д а не

принадлежало русской нации.

Призрак коммунизма, как впрочем и фашизма, а до того бонапартизма – выпархивали из под самого носа у свободной Европы с нынешней ПАСЕ!!!

Нет, Россия оказалась не в почёте у Запада не за коммунистическую идею, которая пришла из той же свободолюбивой Европы! И не за варварство с вандализмом, которого.

А за то, что первой в мире показала прецедент решительного избавления от барства ещё пушкинских времён: – а вдруг, да разольётся по всему и барскому Западу, с окончательным крушением надежд великого поэта :

…Увижу ль, о друзья! народ не угнетённый

И рабство, падшее по манию царя,

И над отечеством свободы просвещенной

Взойдет ли наконец прекрасная заря?…

Не потому ли в Новом Свете Статуя Свободы – свободно уживается с памятниками защитникам махрового рабства – в интересах своей барской свободы?

1—2.

Исторической науке достоверно известно, что Российская патриархальная Империя с частной собственностью на добычу и переработку природных богатств и энергоресурсов, с распределением труда и доходов по своему усмотрениию частной коммерческой выгоды – была тесно переплетена властными тронными родственными связями с принцессами в супругах и их окружением из западной Европы, в обмен на русское православие.

А потому принципиальный мировоззренческий разлад (и пресловутая русофобия) зародились не между народами Запада и России, а от общего неприятия аристократией – преобладающего большинства неимущего российского трудового народа, сумевшего избавиться от множества услуг барствующим хозяевам на частных предприятиях, в частных банках и привилегированных семьях.