Две повести

– Пятнадцать часов двадцать минут пополудни! – откликнулась Света.

Я вышел и тихонько закрыл за собой дверь.

Вернувшись к себе, я снова подошел к окну. За окном пылало солнце, неслись машины, кипела чужая жизнь. Я переставил время на своих часах. Пятнадцать двадцать одна. Где-то там, в голубой дали безвозвратно растворились четыре часа моей жизни. Кто украл мое время? Может, антиквар? А может, в суете странных событий я их просто не заметил? Ведь я и в правду с утра ни разу не взглянул на часы. В коридоре послышался шум, дверь открылась, и в комнату, огласив ее возбужденными голосами, вошли Ваня, Саня и Маня.

– Виктор Петрович, вы не представляете, в какую грозу мы попали! – с порога защебетала Маня, раскрывая зонтик и отставляя его в сторонку.

– Да, давненько я не видал такой грозы! – солидно подтвердил Саня.

– И между прочим, если бы не я, то народ бы промок насквозь! – подчеркну свою руководящую роль Ваня.

– Вы где были? – довольно грубо прервал я поток впечатлений.

– Как где? На обеде! Вы же сами разрешили! Немного задержались: грозу пережидали! Могли же промокнуть насквозь! – с некоторой укоризной доложил Ваня.

– Немного? До трех часов?

– До каких трех? – изумился Иван. Остальные округлили глаза.

– А сколько сейчас, по-вашему?

– Двенадцать часов пять минут, – первой сообщила Маня, вскинув к глазам запястье.

– Двенадцать ноль три, – сообщил Иван секундой позже, проделав то же самое.

– Да, точно, около двенадцати, – подхватил Саня, роясь в карманах в поисках трубки, которую использовал в качестве часов.

Я отогнул рукав и взглянул на часы. Двенадцать ноль четыре. Теперь пришла моя очередь изумляться. Да что же это такое? Как это понимать?

– Так ведь и я им говорил – одиннадцать двадцать, а они!.. – не сдержался вдруг я, но вовремя прикусил язык.

Ребята стояли у порога, словно ожидая прощения.

– Значит, это у меня неправильно идут. Бывает, – наконец сказал я.

В этот момент в комнату с папкой в руке вошла секретарша Светочка и сказала:

– А, так вы уже пришли! Идите скорее, вас шеф зачем-то зовет!

– Уже иду, – сказал я в сторону Светочки, а в сторону Ивана добавил: – Так.

Войдя вслед за Светочкой в приемную, я спросил ее, готовый в любой момент прикинуться дурачком:

– Светуля, сколько на твоих золотых натикало?

– Двенадцать часов восемь минут пополудни, – как ни в чем не бывало, отвечала Светочка.