Внеклассное чтение

Внеклассное чтение

Алексей Николаевич Зубов.

Сборник историй, которые можно услышать, шарахаясь по улицам города. На досуге.

Апрельские дороги.

Апрель – месяц перемен, месяц ручьев. Они, как маленькие реки, бегут вдоль кромок сугробов, деловито бурча, сливаются в потоки и зовут – «иди за нами!» В апреле середины дорог уже подсыхают, и по ним приятно шагать. Просто в «никуда». Дороги и перемены вообще «засасывают» – стоит один раз начать изменяться, и ты уже никогда не остановишься.

В апреле, обычно, у меня нету денег – странная примета весны – в этот, денег тоже не было, и я думал – к кому бы завалиться и перехватить немного. Деньги всегда были у Олега, но брать у него – как-то нехорошо. Мы друзья, а брать взаймы у друга – это откусывать кусочек острова. Можно так дооткусываться, что и острова-то не останется.

Но другие телефоны «молчали», и пришлось идти к Олегу.

Секретарша – она была новенькая – строго глядя на меня, сказала:

– Олег Арсентьевич, к вам Буров, по личному вопросу.

Олег вышел из кабинета.

– Привет, привет. Катерина, этот человек – моя правая рука в «левых» делах, запомни его.

«Шутник», – я пожал ему руку, и мы зашли в кабинет.

Я сел в дорогущее, но неудобное кресло и сразу приступил к делу:

– Вот что, Олег, дай-ка ты мне тысяч несколько. Можно побольше – и надолго.

– Тебе не надоело? – начал он меня воспитывать, – как ты живешь – не понимаю. Ну взял бы денег на «дело», я бы дал. Сколько надо, столько бы и дал.

Вон Никола, (это наш общий друг) – взял у меня полгода назад денег, открыл автосервис, теперь «поднялся». Недавно с Риткой на Канары летали. Коттедж строит. Ты же сдохнешь скоро. Возле помойки.

– Вместе с лучшей половиной народа.

– Не надоело еще быть «лузером»? Нет. Просто так я денег не дам. А чего ты не «бомбишь»?

– Я машину продал.

– Ну, и где деньги?

– Таньке Печерниковой отдал. Ей за ипотеку нечем платить.

– Идиот.

Машину я продал и не из жалости к Таньке, вовсе нет.

Просто я почувствовал, что в машине я начал жить как в колбе – я внутри, а жизнь снаружи. В какой-то момент я даже почувствовал боязнь, что высунувшись из машины, я получу от Жизни по морде. Мне это было ни к чему, и я продал машину.

Мы молчали, а со стены на нас строго смотрел Президент. Хорошо, что Олег не начал о нем говорить, а то сейчас, хоть о деньгах начни, хоть о грыже – все переводится на разговоры о президенте.