Прометей

– Ох уж эти тёмные стороны бытия, подводные камни истории, на острия которых стоило бы швырнуть корабли с их дураками, на чьих руках кровь бесчисленных миллионов, – подвёл итог Макс и запил его чаем.

– Полагаю, вы часто размышляете на около-политические темы. Из этого можно сделать множество выводов.

– Например?

– Вы не хотите мириться с нынешним режимом и его порядками.

– Почему вы так решили?

– Обычно человек, довольный миром, не углубляется в его устройство. Блага всегда воспринимаются как данность, а невзгоды – как ужасная несправедливость, природу которой так хочется понять.

– Отчасти вы правы… – отрешённо согласился Макс и задумался.

– Поэтому вы тут? – участливо спросила Анна, выдержав паузу.

Макс вышел из-за стола. Его движения казались резкими и угловатыми. Он открыл штору и стоя в полосе вечернего света, произнёс:

– Если вы полагаете, что я просто убежал от каких бы то ни было проблем, то вы глубоко заблуждаетесь, – слова звучали отчуждённо.

Анна подошла к нему и доверительно взяла за руки:

– Почти каждый от чего бежит… Или от кого-то Я вижу, что вас не отпускает прошлое.

Это тяжёлое бремя, но, если его разделить – оно станет легче. Открыться малознакомому человеку всегда легче, чем старому другу. Вы можете мне довериться.

Макс внимательно посмотрел ей в глаза, метаясь в нерешительности.

Она чуть сжала его руки.

– Я даже не знаю с чего начать, – выдохнул он.

– Тут всё просто, – ободряюще улыбнулась она, – Начните сначала.

Макс молчал, подбирая слова.

Анна не торопила, понимая всю значимость происходящего.

– Этот путь был настолько долгим, что его начало почти невозможно разглядеть, – произнёс он скрипучим голосом и прочистив горло продолжил, – думаю первым шагом было начало поры осознанности. Прошло уже много лет и обнаружить момент подлинного катарсиса можно лишь идя в темноте наощупь.

Всю юность я провёл в пресном благополучии, лишённый необходимости думать. Почти все мысли ускользали от восприятия. Кажется, что они где-то были… в глубине меня, но никогда всплывали на поверхность, не обретали крепкой словесной формы.

Я скорее чувствовал, нежели думал. Но тогда и сами чувства были неразвиты. Вам знаком термин «синкретизм»? По сути это синоним «нерасчленённости», определяющей неразвитое состояние. Как искусство на первоначальных стадиях человеческой культуры, когда музыка, поэзия и танец были не отделены друг от друга, так и мои эмоции определялись лишь чёрным и белым.