Возвращение домой

– Дяденьки, – канючит вор, – за што, дяденьки? За што штраф берете? Да у меня и нет ничего! – выворачивает он карманы. – Да я и на трамвае этом не ехал, – указывает он на проезжающий мимо трамвай. – Девушка, подтвердите! Я на этом не ехал!

– Я вам верю, – говорит девушка в красном берете. – Я вообще склонна верить людям. Отпустите его, я за него ручаюсь. Я возьму его на поруки.

– Иди отсюда, сука! Щас в милицию заберем.

– За што, дяденьки?

– Плати штраф, мужик. До милиции тут рукой подать.

– А до смерти четыре шага, – поет вор.

– И-ди!

– А вот и не пойду.

– Не пойдешь, силой поведем: срок получишь.

– А я в сортир хочу, вот!

* * *

– Я увидел, – говорит вор, уставившись в отверстие в потолке уборной, над которым трепещет крыльями голубь, – что Ангел снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить.

Сквозь щели и дыры дощатых стен начинают просвечивать косые лучи неожиданно выглянувшего солнца.

– Слушай, – говорит один из контролеров, – давай отпустим его. Говорит, как человек умудренный.

– Да какой он – человек: ханыга! Не видишь, что ли? – говорит другой контролер с возрастающей злобой. – Ты не только штраф получишь, тебе еще и срок впаяют. На лесоповал пойдешь.

– Эх, фраера… не ведаете, что творите.

– Станут грешные ошую, а праведные – одесную! – провозглашает контролер.

– Не судите, да не судимы будете! Отпустите меня Христа ради! Отойдите от бездны дерьмовой!

– Из дерьма вышел, туда же изыдешь, – говорит контролер и бросает окурок в отверстие.

– Я увидел звезду, падшую с неба на землю, – провозглашает вор, – и дан был ей ключ от кладезя бездны…

* * *

Рассыпая искры из-под колес, проносится мимо трамвай.

* * *

– Она отворила кладезь бездны, – продолжает один из контролеров, – и вышел дым из кладезя, как дым из большой печи. И помрачилось солнце и воздух от дыма из кладезя…

Из отверстия начинает выходить дым от загоревшейся бумаги. Солнечные лучи гаснут в щелях.