На зубок. Сборник рассказов

Медвежья свадьба

– Прочь, парни, из сеней, девки ? от дверных косяков! Хозяин в избу пришел, вступил Звирь в жилище.

Пулька попятился. Не в первый раз он на “свадьбе”, но каждый приход Звиря вызывает в нем жгучий ужас. Двери распахнулись, и вместе с голосящими плакательницами в избу внесли голову медведя. Вместилище души Хозяина покойно лежало на медном подносе, всем своим видом высказывая, насколько свиреп был нрав зверя, насколько огромно его тело.

Голову нес главный охотник, что обычно беспокоил Хозяина в берлоге.

На сей раз, однако, пришлось охотиться ловушками. Их изготовил умелец, шествующий немного позади. Пулька мечтал быть одним из таких – смельчаком, богатырем, – но он был Пулька. Просто Пулька. Только и годился, что девкам с убранством помогать.

– Ну что, готов идти к древу-прародителю? – спросил дед Васси, похлопывая Пульку по костлявому плечу.

Тот кивнул и зарумянился. Ему доверили похоронить кости Звиря. Дело не сложное, но очень важное. От переживаний Пулька закашлялся.

Противная хворь преследовала его с детства, оттого и тощий, да мелкий.

Тем временем “свадьба” разгулялась. Нарядили “жениха”, “невесту”, освежевали голову – из нее парни залихватски глотали пиво, надеясь хоть чуть-чуть урвать силы почившего Хозяина. Мели со стола мясо и зелень, жрали все бурно, рычали медведями. Один из гостей предложил и Пульке порычать, только тот начал, как стал задыхаться лающим кашлем и побежал к выходу.

Вдруг по ту сторону дверей кто-то ходит – малый, острожный.

Пулька остановился, прислушался, даже кашель отчего-то пропал. Затих гость. От чего не заходит?

– Пришел кто-то, – обратился Пулька к празднующим. – Я отворю.

Потянул на себя ручку и замер – никого. Звездная ночь и посапывающая на крыльце тупомордая собака.

– Да как же это? – обернулся к гостям Пулька и увидел, как пир остановился.

Не рычат недоросли, не смеются бабы. Все вытаращились на Пульку и ждут.

– Орт это, – хмуро сказал дед Васси, чем, кажется, возмутил окружение.

На него сразу шикнули, а одна из плакательниц даже погрозила жилистым кулаком.

– Какой орт, дурень? Послышалось ему и все. А ну, давайте праздновать. Иди сюда, малец, выпей пива, – позвала Пульку все та же боевая плакательница.

Но у него на сердце стало неспокойно. Тяжесть опустилась и на “свадьбу”, хоть все потихоньку вернулись к пиршеству, ощущалось нечто тревожное, тягостное. Пулька посидел немного, поел, а затем осторожно подбрел к деду Васси.