Работа для Бога. Урок первый

Ещё некоторое время Торн лепил второй кистень и обматывал рукоять моей дубины кожей, снова хитро завернув концы и создав петлю. Вот после его манипуляций дубинка получила свойства. Мне даже завидно стало. Я в это время тренировался обращаться с кистенём, обстукивая им стены и стараясь не получить по голове. В грузиле под килограмм веса. Разок прилетит и отлечу на респ с раскроенной черепушкой.

– Откуда такие познания в плетении? – спросил я.

«Не помню. Зато руки сами помнят».

– Ясно. У меня так же.

За хлопотами так и прошёл день. В ущелье темнело рано, так что и световой день был коротким. Торн быстро пошёл на поправку  и к вечеру уже мог ползать по пещере и даже не слишком внятно разговаривать. Я же осмелел и, свесив ноги с края пещеры, наблюдал за жизнью в долине. Через время рядом пристроился и Торн. Только Яниэль надула губки и сидела в глубине, вроде как на зло мне и с несчастным видом ковыряя двигатель.

– Знаешь, что я заметил?  Здесь совершенно нет птиц и прочей летающей живности.

И тут меня словно обухом по голове ударило. Я как раз смотрел в небо и пазл собрался.

– Твою мать! – только и смог я вымолвить. – Это же полный…

– Что? – удивился собеседник. Даже Яниэль, престала возится внутри и прислушалась.

– Ты не видел, что тут творилось ночью в дождь.

– Ты рассказывал. Призраки в молниях. Верится с трудом. – хмыкнул парень.

– Я знаю, что видел.

Торн дураком не был и тут же все сообразил.

– Ты думаешь это они?

– А тебя не удивляют такие облака?  Или молнии без грома?  Или то, что с таким небом нет дождей и тут пустыня?

– Твою мать! – выдохнул Торн, когда сам осознал все.

– Ладно. Допивай элик и будем ложиться спать. Дежурим по очереди. Не знаю, чем это поможет, но тупо завалиться дрыхнуть, не оставив часового, мне не позволит мой внутренний голос.

– Согласен. – кивнул Торн, опрокинув в себя остатки жидкости из кожуха.

Я тут же подхватил его и развёл в воде новую порцию.

– Яниэль. – позвал я девушку.

– Что!? – девчонка недовольно надула губки, демонстрируя всему миру какой я козел.

– Вот. Там только моя кровь. Думаю, она у меня самая сильная. Вотри в голову.