Приманка

– Блин, накаркал, – прошептал я.

Раскинув крылья, демон опустился на край котла. Я поспешно отплыл на середину.

Демон молча демоническим взором смотрел на меня демоническими очами. Потом он крылом попробовал воду, стряхнул капли.

– Курорт, – показал демон клыки.

Я нервно улыбнулся в ответ.

– Грешник дал взятку, черт взял – оба попались. Черт уже отстранен, начато расследование, а грешнику светят глубины Ада, – демонической улыбкой улыбнулся он.

Температура воды начала расти, или это мне стало жарко от страха?

– Чем заплатил за свой Таиланд? – демон смотрел без улыбки.

– Да так, просто про Коктебель вспомнил, тоже вода ведь. А черту показалось, что взятка. Случайно получилось, – испуганно залепетал я.

– Случайно? – переспросил демон.

Вода явно стала горячей.

– Ну вспомни и мне тоже что-нибудь, случайно.

Вода сделалась еще горячей, повалил пар, но терпеть было можно.

– Любовные переживания, пятнадцать лет, два портфеля в одной руке, первый поцелуй у подъезда ее дома? – почти закричал я.

Демон кивнул.

Я погрузился в воспоминания. Стало больно. Открыл глаза, взглянул на демона, увидел, как он прожевывает мои переживания. Поморщился. С чертями, с ними проще. Они и сами попроще.

– Такая фигня у всех имеется. Неинтересно. Мысли оригинальнее.

«Ой!» – подумал я.

Длиннющая очередь в Пушкинский музей. Стояли ночь, хорошо, что лето. Дежурили по два часа, сидели на принесенном из дома стуле.

Помню, как я был поражен удивительно красивым, каким-то оливковым цветом картины.

Много лет спустя я снова встретился с ним в Лувре. Взгляд не изменился, естественно…

Вода закипела.

– Возможно, у вас есть конкретные пожелания? – заорал я.

– Можем остаться в области эстетических переживаний, – кивнул демон.

– Как скажете! – перекрикнул бульканье я.

– Черный квадрат, – назвал демон.

– Философия. Не искусство. Эстетики ноль. А-а-а-а-а!

– Дали.

Я сумел вспомнить восторг первого знакомства на лекциях в Пушкинском, лет в двенадцать. Полученный на день рождения толстенный альбом, кажется, в цене вожделенных джинсов или магнитофона. Годы увлечения сюрреализмом и последовавшее разочарование в нем.

Когда открыл глаза, демона не было, температура снова стала вполне комфортной.

«О боже! – подумал я.