Водоворот

– Я правильно вас поняла, Николай Ильич, что через несколько месяцев наш театр перестанет существовать? – Ее звонкий сильный голос легко покрыл собой весь зрительный зал.

– Администрация театра надеется, что этого не произойдет, Валерия Станиславна, – ответил Любашин, не веря ни одному своему слову.

– И на чем основана эта ваша надежда? Весь наш коллектив просто жаждет об этом узнать.

Какая же она все же противная, подумал Любашин. Как жаль, что в свое время не избавился от нее. Да, только как это было сделать, никаких формальных причин для этого не имелось.

К тому же супруга Тимощука.

– Мы как раз сейчас интенсивно занимаемся этим вопросом, – проговорил Любашин. – И совсем скоро обнародуем ряд мер. К сожалению, придется кое в чем ужаться, кое от чего отказаться. По крайней мере, на первое время.

– Хотите сказать, что предстоят увольнения?

Сразу же после этих слов Дивеевой по залу прокатился встревоженный гул. Больше всего люди боялись именно такого исхода.

– Мы сделаем все возможное, чтобы никто не был бы уволен.

Яков Ефимович это может подтвердить. – Любашин повернул голову в сторону сидевшего на первом ряду Блюмкина.

Тот сразу же встал.

– Мы приложим все усилия для сохранения нашей труппы в полном составе, – заверил он. Но в его голосе не прозвучало уверенности.

– И мы должны верить таким неуверенным заявлениям, тут же отозвалась Дивеева и в упор посмотрела на Блюмкина. – Куда пойдет большинство актрис и актеров? Хороших мест практически нет.

Николай Ильич, от имени всего коллектива мы хотим получить ваши гарантии, что никто не будет уволен. Все согласны с этим требованием?

Раздался оглушительный гул одобрения, и взгляды всего зала в ожидании ответа сосредоточились на директоре.

Любашина охватило сильное раздражение; случилось то, чего он боялся, эта скандалистка все же подняла всеобщую бучу. И как теперь выходить из положения?

– Мы не можем дать такой гарантии, Яков Ефимович не даст соврать, финансовая ситуация в театре сложная.

Объясните, какая она, чтобы все знали. Выйдите на сцену.

Блюмкин поднялся на сцену.

– Николай Ильич прав, такую гарантию мы предоставить не можем. Семьдесят процентов наших расходов покрываются дотациями города и только тридцать процентов мы с вами зарабатываем сами. Но мы постараемся найти способы существенно повысить наши доходы. И скоро мы о них объявим. Дайте нам немного времени, мы не можем все сделать за один день. Я все сказал.