Наслаждение

Едва ли не вдвое превосходил член лодочника принадлежавший мне в толщине и не меньше, чем на мой указательный палец оказался длиннее. У инженера Виллара, как был я уверен, не имелось никакой возможности соперничать с представшим перед нами гигантом. Восхищенный взгляд девушки, обнаружившей себя в присутствии чуда, равного которому ей, вероятнее всего, не доводилось видеть и на картинках, служил доказательством тому. Чуть сместившись в сторону, я отставил за спину руки и согнул левую ногу, устраиваясь поудобнее, намереваясь в подробностях запомнить происходящее, во что бы оно не пожелало превратиться.

Впрочем, правая рука моя лежала в достаточной близости к пистолету и одним мгновением мог бы я выхватить его и убить несчастного лодочника, если бы пожелал он совершить насилие над женой инженера.

Но он пребывал в совершенной, бесшумной неподвижности, спокойно взирая на девушку, отчего становилось мне ясно множество подобных сцен, пережитое им. Подцепив пальцами его брюки и белое нижнее белье, она потянула их вниз, обнажая бледные тестикулы вполне соответствующего члену размера, округлые от печальной натуги, как будто много дней намеренно избегал он общения с женщинами и даже самоудовлетворения.

Девушка хихикнула, наклонила голову, перевернула ладонь, поместила ее под разбухшую плоть, приподняла ее костяшками пальцев. Расплющившись о них, скрыв под собой их остренькие пики, хранилища мужского семени произвели на нее впечатление тяжестью своей и она издала неясный, полной довольства негромкий возглас.

– Вот видите, доктор. – она повернулась ко мне, ладонь ее приняла в себя животворную мягкость. – У моего мужа они намного меньше. Это значит, что в них намного меньше и спермы, а значит и удовольствия для меня.

Мнение о необходимости обильного истечения мужского семени для женского удовольствия выдало ее знакомство с некоторыми популярными представлениями, распространяемыми авторами непристойных романов.

Пальчики ее подпрыгнули, повернулись, направляя ногти к основанию члена, положили его на ладонь, уместив на ней едва ли половину.

– Не говоря уже и об остальном. Представьте себе, что должна чувствовать женщина, когда нечто столь огромное пытается пробиться в нее.

Лодочник снисходительно усмехнулся, посмотрел на меня и подмигнул, словно призывая мне вообразить скорее те ощущения, какие способен при подобных обстоятельствах пережить мужчина.