Древо прошлой жизни. Том IV. Часть 3. Эмблема Создателя

Дурак и говорит: «А ведь лучше было бы сразу наступить миру, а всем этим бедствиям не случиться вовсе. Выходит, я умней ваших вожаков, потому как, по мне, лучше заключить мир перед войной, а не после неё». Вот какой дурак оказался – умнее всех.

Флора обернулась и встала со стула.

– Он заснул, – прошептала она, взяла за руку мужа и увлекла его в спальню.

– По-твоему, Арнольд уже понимает, кто дурак?

– Для этого я и рассказываю ему сказки. Дети понимают молча, совсем как мы друг друга, когда молчим.

– А какую сказку ты расскажешь мне?

– Ты сам моя сказка.

– Это я хочу слушать тебя всю жизнь. Я подумал, было бы не плохо вам с Арнольдом погостить в Аугсбурге у наших друзей. Ты и так не выезжала никуда больше года. Посмотри, какая погода.

– Но зачем нам ехать туда?

– У меня накопилось много дел, и я не смогу быть с вами вместе и врозь. К тому же, вероятно, мне тоже придётся уехать на какое-то время.

– Мне помогают Альфред и старая Берта.

– Твой брат не может всё время быть в замке, а старую Берту мы возьмём с собой.

– Я буду скучать.

– А если ты не поедешь в Аугсбург, не научишься скучать, и я никогда не отведаю сладость долгожданной встречи.

– Для меня каждый день с тобой слаще патоки.

– А по этому случаю, ты наденешь моё любимое платье, в котором мы танцевали менуэт, – то, с вышитыми по нижнему краю цветами чертополоха, и пусть все видят, как я носил тебя на руках весь день.

– Ты хитрец.

– Совсем маленький хитрец, но я буду брать у тебя уроки. Сколько возьмёт с меня за них моя госпожа?

– Всего одну ночь любви за каждый, мой господин.

– А ты собираешься исповедоваться в этих уроках Сильвестриусу?

– Никогда!

– Боюсь, тогда мне суждено стать на свете самым большим хитрецом! – Густав привлёк Флору и нежно обнял её.

Их тела сплелись в страстных объятиях, и они упала на кровать, неистово покрывая, поцелуями друг друга.

– Ты слышишь? Кто-то стучит.

– Это Бутика. Я открою.

– Стук тревожный, это не она.

Густав поднялся и пошёл к дверям. На пороге стоял его оруженосец Фогель.

– Тс-с-с. Идём в другую комнату. Тидо, на тебе лица нет.

– Анхен! Анхен! Беда, – запыхавшийся Тидо махал руками.

– Где она? – Густав тряхнул его за плечо.

– Я её спрятал, – Ловкач всё никак не мог отдышаться.