Освобожденный Иерусалим

Что слава им Ясоновой кудели! —

В служенье Марсу рыцарь видит долг.

Дабы в своей озерной цитадели

Король Артур в смущении умолк

И выдуманной славой не гордился!

Но кто же в командиры им годился?

53.  Ничем друг друга не превосходя,

Ни добродетелью, ни родословной,

Решили рыцари избрать вождя

По мудрой опытности хладнокровной.

Возглавил полк немного погодя

Дудон из Конца – шрам его надбровный

Темнел, едва он начинал серчать, —

Старинных битв почетная печать!

54.  Евстахий выехал за братом старшим,

За Готфридом, прославившим Брабант,

Прошествовал с достоинством монаршим

Брат короля норвежского Гернанд.

С ним Родгер Бальнавиль победным маршем

Скакал, а рядом Гентон, адъютант.

Рамбальд с Герардом из другого клана

К правителю примкнули Энгерлана.

55.  Там был Убальд, и Розимунд там был,

Внук знатного ланкастерского лорда,

И Опиц, что забвению могил

Деяньями умел ответить гордо.

Три брата – Сфорца, Паламед, Ахилл —

С Оттоном шли: ломбардцы знают твердо,

Где щит добыл он – герб своей семьи

С нагим младенцем в пасти у змеи.

56.  Затем Эврар, Гернье, Рудольф и Гвидо,

И Гвидо, но другой, – о славный круг!

Нет, всех не перечислю я, но вида

Не подаю, что обессилел вдруг.

Продолжу труд: сошел под сень Аида

С Гильдиппой Эдуард, супруг и друг:

В походе претерпев немало тягот,

Не ведали, что вместе в землю лягут.

57.  С ним рядом стала ратницей она! —

Чему Амур в своей не учит школе? —

Казалось, доля на двоих одна

Досталась им на чужеземном поле.

И если муж был ранен, то жена

Страдала вместе с ним от той же боли.

Когда же рану наносили ей,

С душою расставался он своей.

58.  Но молодецкой удалью и статью

Затмил Ринальд влюбленную чету.

Боготворимый христианской ратью,

Он рано возмужал, служа Кресту.

Отмеченное вешней благодатью,

Так плодоносит дерево в цвету.

В сраженье он казался Марсом хмурым,

А снимет шлем – проказливым Амуром!

59.

Бертольд определил его в ученье.

Младенец грудь еще сосал, когда

К Матильде перешел на попеченье.

Струилась в тихой Адидже вода,

Но мысли об ином предназначенье

Наставницею были внушены. —

И тут с востока грянул гром войны!

60.  Из дома в одиночку, безрассудно

В пятнадцать лет он убежал в Пирей,

Где на попутное пробрался судно.

Прошел сквозь бури греческих морей.