Последний молот

А она, та что при их короткой жизни, выходила этих мальчиков и девочек оглядела их нежно погладив ближайшую изувеченную головку, даже не обратив вминая на ещё один бессильно упавший на помост судилища, залп арбалетных болтов.

Словно вспомнив о чем-то эльфийка на силу отвернулась от маленьких призраков, оскалившись жуткой гримасой на и без того ужасающем прочерченном черными прожилками лице. Сызнова обращая свой испепеляющий ненавистью взор к священнику в ужасе тащащемуся на происходящее.

– Готов ли ты мракобес, безжалостный изверг, покрывающий свои злодеяния именем святого? А благочестивая паства твоя готова к моему суду? – последний выкрик, словно десятикратно усиленный разнесся над площадью Эльбурга став тем камнем, что спускает страшные лавины средь горных ущелий.

Толпа, что дико надрывала глотки, желая зрелища, ныне зашедшаяся неслыханным ужасом хлынула кто куда. Людская масса прокошенных лиц рванула к перекрытым образами эльфов улочкам и к судилищу под защиту воинов Илирова воинства.

Именно орденские воины, а не призраки пустили первую кровь, защищая проповедника, подняв на копья первые ряды ищущей спасения избранной паствы Илировой, смешав людскую кровь с потоками воды извергаемой небесами.

А уже после, спустя всего нескольких мановений беззвучно спустились тетивы, пуская призрачные стрелы, ранившие не хуже настоящих. Молниеносно опустились ведомые бестелесными руками мечи, словно бумагу рассекающие плоть.

Каждый выход из площади, каждая улочка в миг превратилась в окровавленную баррикаду, сложенную из мёртвых и ещё живых исходящих кровью и воплями тел, поверх которых гордой бесплотной нерушимостью высились силуэты эльфов воителей, что так долго жаждали своего отмщения.

Лишая надежды, запирая остатки жителей Эльбурга на месте судилища.

Но святоша боле не слышал крики, разрывавшие площадь, он не видел кровавую вакханалию, царившую посреди Эльбурга. Во всём мире остался только её взор. Эльфийка окружённая своей жуткой свитой паря в паре дюймов над доскою помоста, двинулась к монаху, что, потеряв дар речи, упал на колени, воздевая руки к черным небесам.

Несколько воинов окружавших его, бесстрашно занеся мечи, бросились наперерез ведьме в надежде оградить своего пастыря.

Словно желая обнять, разведя маленькие исковерканные пламенем ручки малышка Веста и Эйли оторвавшись от своей заботливой благодетельницы понеслись к ним. Призраки детей едва успели коснуться воинов, как те возвопив рухнули ниц, зайдясь зубодробительными воплями.