Акакий Акакиевич

Вечером Павел на правах хозяина разлил портвейн. Провозгласил:

– За знакомство!

Два новых соседа подняли стаканы.

– Вот я в армии был, – затянулся сигаретой Павел, – служил в радиотехнических, так мы салаг на кухне заставляли продувать макароны. А если помехи, то салаги метлой отгоняли радиоволны.

Ленка захихикала.

– То-то у тебя руки в мозолях… – невинно сказал Мишка.

– Что-что?

– Ничего. Уши прочисть. Макаронами.

Семинар по психиатрии. Гулкий тёмный коридор, палата с зарешёченными окнами.

Напротив огромный молодой парень.

– Лёша, – говорит врач, – расскажите о своей болезни.

Лёша медленно тянет басом:

– Половой жизнью начал жить в двенадцать лет. А в семнадцать, когда выпали наружные усы, потерял к ней вкус, – вздохнул: – Ничего не чувствую.

И неожиданно обеими руками ухватил за грудь полненькую, очень тихую Катю. Все оцепенели.

– Никакого удовольствия, понимаете?

Убрал руки.

Так уж лучше гигиена питания, на которой их в целях ознакомления повели на колбасный завод.

– Это передовое предприятие, – гордо рассказывала стройненькая светловолосая, с тщательно наманикюренными розовыми ноготками, заведующая производством. – Вся продукция, – сделала большие глаза, – идёт в ЦК КПСС.

Студенты молчали, ошарашенные ассортиментом.

И вдруг сзади громко взвизгнула Катя.

– Что, что такое?

– Ничего не чувствую! – вместо Кати ответил Клёпин.

22

В ресторане Московского вокзала Мишка сломал зуб. Гады посоветовали съесть там вроде бы очень вкусный стрелецкий борщ.

Но в стрелецком борще оказалась стрелецкая же кость. Короче, недаром стрельцы столько раз брали Кремль… Зуб пришлось удалить. Мишка держался за щёку и мрачно думал: «Вот и первая потеря. Как рано».

Вернулся в общежитие и обратил внимание, что сосед Игорь, занявший место у занавески, какой-то уж очень бледный.

– Ты чего?

– Да так, – вяло ответил тот, – не высыпаюсь.

Мишка кивнул. Сам он, набегавшись по Питеру, приходил домой очень поздно и спал без задних ног.

Вообще весёлая жизнь первых курсов в общежитии давно закончилась, теперь все были взрослые и скучные.

– Знаешь, Игорь, уйду я, наверное, обратно на квартиру, – сказал Мишка задумчиво, – не нравится мне здесь. Так что переселяйся на мою койку – всё лучше спится.

Завалился с книгой. А на следующее утро рассказывал всем вычитанный из неё чрезвычайно понравившийся анекдот:

– Стоит старик на базаре и продаёт орехи за ту же цену, за которую покупал.