Сказки хмурого волшебника

Ну а вы, сделайте милость, будьте счастливы и свободны.

Он развёл руками в разные стороны и исчез в яркой вспышке пламени, такой сильной, что принцесса громко ахнула, все вокруг зажмурились, а принц, напротив, открыл глаза. Он увидел расцвеченное салютами небо, разрушенный дворец и свою принцессу.

Замок они, конечно, отстроили лучше прежнего.

И, хотя прежняя беззаботность никогда уже не вернулась в их сердца, там всегда было место доброте и надежде.

Добрый день

Жил-был на свете старый и не очень добрый волшебник.

Скорее даже просто недобрый. Злым его, правда, тоже нельзя было назвать, не покривив душой – проще говоря, жители окрестных деревень и городов с трудом могли сказать о нём что-то определённое.

Ходили слухи, что в молодости он участвовал во всякого рода тёмных делишках, но достоверно знали только одно: он живёт посреди леса и может творить самую разную магию. Обращаться к нему, однако, почитали себе дороже: просьбу выполнит, но заломит такую цену, что мало не покажется.

Поговаривали, что однажды, пришла к нему женщина в слезах: её ребёнок потерялся в лесу. Упала на колени перед старым волшебником и пообещала отдать ему всё, что имеет, лишь бы он нашёл её дитя.

Ребёнка волшебник нашёл вовремя, тот как раз спускался к реке, неподалёку от Медвежьего брода. И если вы думаете, что брод назвали Медвежьим просто так, то очень ошибаетесь.

Поблагодарила женщина волшебника, схватила ребёнка, бросилась домой. Пришла, а дома-то и нет.

Только печь стоит, что её муж построил, и сам муж рядом корову за верёвочку держит.

И всё равно к волшебнику ходили, если совсем прижимало. Может, за то и не любили, что он знал про всех самые мрачные тайны. С ним боялись встречаться глазами, да и просто боялись встречаться.

За долгие годы жизни волшебник привык к подозрительным взглядам, шепоткам за спиной и редким притворным улыбкам. Потому так озадачило его услышанное в первый раз сердечное «Доброго дня!» от девочки с косичками, что торговала на рынке укропом.

Наверное, ещё не знала, кто он.

«К следующему базарному дню расскажут», с досадой подумал он.

Но и через две недели, и через месяц, и через два, девочка приветствовала его с неизменной радостью в голосе.

Было ей тогда лет пятнадцать или немногим больше.

Он встречал её не только на базаре: на улицах города, возле колодца, на каменном мосту, – и всегда, всегда она желала ему доброго дня, а он коротко кивал в ответ.