Иллюзория

Всех других певцов и певиц она считала тогда недостойными конкурентами, лишь он один был Музыкантом, ему она поклонялась, как идолу, не спала ночами, сочиняла истории со своим Героем, где героиней была она – красивая и независимая, его единственная избранница.

Арди спешно прикрыл дверь, та автоматически захлопнулась, и повернулся к ней. Она дрожала мелкой дрожью. Ей казалось, что вот сейчас он накинется на неё и возьмёт силой. Когда он шагнул к ней, она сжалась и опустила взгляд. Неожиданно он остановился.

– Посмотри, как я тут устроился, – спокойным голосом произнёс он, обвёл комнату взглядом, подошёл к окну и, подняв пультом шторку, за которой оказалась стеклянная от потолка до пола дверь, продолжил. – У меня тут есть балкон. Вернее, балкончик. Но выходить не советую. Там внизу слишком много любопытных.

Мане вдруг страстно захотелось оказаться среди тех любопытных, что толпятся на улице под окнами гримёрной, не здесь. Она подошла к окну, балкон был довольно просторным, хоть танцуй, но видимо, для певца размер был не звёздный.

– Хочешь выпить? – Арди стоял перед ней с двумя бокалами белого вина. Он уже снял свой сценический пиджак в радужных блёстках и остался в тесных джинсах и белой майке. Он был невероятно красив.

Она покачала головой. Кажется, на улице пошёл дождь.

Арди сделал глоток из своего бокала, второй поставил на стол, сплошь уставленный какими-то мелкими вещами.

– Как тебя зовут, тян? – певец рассматривал девушку с ног до головы.

Ещё вчера она бы ошалела от счастья, если бы он кинул на неё мимолётный взгляд, а сегодня не знала, куда деться от его глаз.

– Мана, – тихо произнесла избранница.

– Я тебе нравлюсь, Мана?

– Да. Очень.

– Не волнуйся, тян! Всё будет, как ты захочешь.

Мана помолчала, а потом робко спросила:

– А где у тебя… ну, ты понимаешь…

– У меня, как в Греции, всё есть, – Арди уверенно распахнул дверь в ванную комнату.

Девушка скользнула внутрь, ей нужно было отдышаться.

«Бог мой, что я здесь делаю?» – мысли бежали в её голове лихорадочно и сумбурно.

Внутренний голос ответил ей:

– Ты же мечтала о свидании с ним! Радуйся!

Но здравый смысл возмущённо спорил:

– Так не в постели же! И не в первый же день!

Внутренняя дрожь не прекращалась. Она смотрела на себя и не узнавала. На неё смотрели глаза до смерти испуганной девчонки.