Ты

Впопыхах

Спросить забыла я о самом важном:

"Когда растает снег и ручейки,

Как щупальца, корабликов бумажных

Цветные стайки в омуты реки

Погонят,чтобы выплеснуться в море?

И, складывая синий океан,

Не ты со мною и ни я с тобою

Не сможем излечить больной туман?".

Мне ветер приносил твой шепот.

Запутывался нагло в волосах.

Не надо.

Помолчи.

Словесный топот

Мешает мне

мечтать о чудесах.

ЗВОНАРИ

Мне снился лес осенний,

Нежный дождь,

Сухие листья,

Тишина и птицы,

И солнца золотистые ресницы.

И этот лес так на тебя похож.

Висели на березах фонари,

Промокли все насквозь тропинки,

Мои любимые печальные осинки

Шептались. Ручейки, как звонари,

На тысячи разноголосых бом -

Бом – бом и подпевал им колокольчик

Прозрачной трелью, под большим зонтом

Из лопуха. Мой сон за самый кончик

Той осени цеплялся и любил

В ней каждый лист и каждую травину,

И мошек, и жуков, и паутинку.

Он так старался … , из последних сил,

Хоть как- нибудь, пусть вкривь, наискосок,

Меня заставить верить и смеяться,

Пусть не любить, а только попытаться,

Но так болит и ноет так висок.

Змея

– 2-

Знаю, что если сорвусь, то потом пожалею.

Знаю, что если уйду, никогда не вернусь.

До сумасшествия мне надоели метели -

Круглогодично метут, и я с ними сопьюсь.

Больно ходить по осколкам разбитой посуды.

Склеенной чашке не место на полках в шкафу.

Выбросить надо , а я: "Пусть побудет покуда …".

И на руках, как ребёнка грудного, ношу.

Если урод да родной – его любят сильнее.

Жалость давно надломила изменой меня.

Снова держу эту тварь у себя на коленях,

Глажу, сквозь зубы цежу : " Чтоб ты сдохла, змея".

Синичка-птичка

день белой простыней, застывшей на морозе,

и хруст его скрипуч, без пятен и морщин,

окутывает ночь, запутавшись в вопросе,

двуполые ничто от женщин и мужчин,

с запястьями беда – тонки и жутко ломки,

сгибаются в часах – огромен цифер блат,

и гроздья пальцев, как поникшие головки

проснувшихся цветов под самый снегопад,

на каждый тонкий перст – по толстому колечку,

под каждый ноготок – шипы отчаянья роз,

увядший интерес горбом торчит заплечным,

на перепонки лап сменив крыла стрекоз.

разомкнуты луга, расставлены капканы:

побольше – на людей, поменьше – на зверье,

приняв за русла рек отходные канавы,

прикармливают рыб волшебных на старье.