Записки кисейной барышни

Если дочь не захочет рассказать, то ни перед какими пытками не скажет.

Дорога до погоста занимала полчаса. Кладбище было огорожено бетонным забором и находилось на пригорке. Денек был солнечный, безветренный. Ива остановилась у свежей могилы заглянуть, кто на сей раз упокоился. Неожиданно вдруг ниоткуда взявшийся ветер, сорвал шляпу и понес ее в сторону старых захоронений.

– Мамина любимая шляпка, – пригрозила Ива ветру, как будто он мог осознать преступность своих действий.

Казалось бы, вот-вот она схватит шляпу, как ветерок вновь относил ее в сторону все дальше – в заросли вековых деревьев.

Наконец, та приземлилась на одной из могилок. Ива подняла головной убор и собралась было удалиться. Но ее взгляд уперся, в почти полностью выцветшую фотографию. Лишь глаза человека, нашедшего здесь последний приют, оставались молодыми и живыми.

– Это он! – произнесла кисейная барышня и упала в обморок.

Сколько она пролежала в таком состоянии, трудно сказать, но очнувшись поняла, что наступают сумерки.

– Что ты хочешь от меня? – осмелилась девушка поинтересоваться у покойника.

Рядом растущий тополь зашелестел своими резными листьями, намереваясь, по – видимому, что-то объяснить.

– Ох, жизнь интересная настала! То с тыквой, то с деревьями общаюсь. Единственное, что я могу для тебя сделать, это – почистить могилку.

На кресте висела лишь фотография, но табличка с именем и датой смерти отсутствовала.

По дороге домой она осмысливала эту ситуацию и не могла понять, что бы это значило.

А вскоре, и вовсе забыла в суете дел.

Глава 6. Федора

– Нянюшка, вот как придет любовь, так сразу почувствую, что это- моя половинка, – попыталась девушка успокоить Матрену.

– От этой любви горе одно да страдания. Глупость это девичья, – не соглашалась женщина.

– Выйти замуж без любви я не могу, лучше в старых девах умереть, – не соглашалась Федора.

– Старость незаметно приходит, но быстро. Сама не заметишь. Кажется, что вся жизнь впереди. А тут, на пороге уже она с косой поджидает.

Вот как мне помирать, если ты не пристроена? – не сдавалась Матрена.

– Значит, тебе придется долго ждать и жить, – обняла Федора свою старую нянюшку, заменившую ей мать.

– Но чего ты ищешь, девочка моя? – выпытывала Матрена.

– Он должен хоть чем-то напоминать моего отца. Это – человек редкостный, такого второго вряд ли встречу, – покачала головой Федорушка.

Действительно, Василий Александрович был человеком уникальным.