В стране слепых я слишком зрячий, или Королевство кривых. Книга 2. Том 1. Успех

Только старше и… иной, но будто Валера в ином измерении… вот что. Удивительно, что я не заметила этого сразу, ещё летом, до чего они похожи…

Вальдауф протянул руку и погладил моё лицо.

– Таня… ты… воплощённая красота. Я никогда не видел такой красоты…

– Вы влюблены, Валерий Карлович, вот вам и мерещится это, – прошептала я.

Мы так и лежали на его ужасном диване, и сейчас я начинала чувствовать, как оцарапалась моя спина и задница о его жёсткую, в трещинках обивку. Но он продолжил легко скользить ладонью по моему лицу и шее к груди, глядя на меня светящимися большими глазами, и улыбаясь так, словно он не заматеревший и забронзовевший профессор, заслуженный и прочее, а очень юный и неуверенный человек.

– Не-ет… – выдохнул он, улыбаясь. – Я художник, более того, живописец, я видел много красоты… вся моя жизнь состоит из красоты, но ты… Таня…

Он приподнялся, снова, целуя, зрачки его стали шире, и я увидела своё лицо в них, когда он наклонился ко мне…

И вдруг в дверь стукнули и тут же вошли, вернее, заглянули и тут же, охнув, закрыли.

– Ты можешь больше никогда не надевать это платье? – сказал он, улыбаясь и приводя в себя в порядок, глядя при этом на меня.

– Ужасное? – усмехнулась я.

– Не то слово. Знать, что твоя талия меньше, чем объём моих ладоней и видеть на тебе этот толстый картофельный мешок… это преступление.

Надо же, как им моё любимое платье не по нраву, даже Марк выговаривал в буфете, говоря, что он, как человек с утончённым вкусом не должен мучится, глядя на «это».

– Мне надо как-то незаметно исчезнуть, да, Валерий Карлович? Я сейчас…

– Ты и теперь будешь звать меня на «вы»?

Я пожала плечами:

– То, что я теперь знаю, какое у вас лицо, когда вы занимаетесь любовью, не меняет того, что вы мой профессор…

– Это конечно… – улыбнулся он. – Но… исчезать не надо.

Я села на диван, чтобы подтянуть ботфорты и посмотрела на него едва ли не виновато.

– Валерий Карлович… я к восьми должна быть в центре.

– Что, Дом моделей?

– Да.

Он кивнул, продолжая улыбаться:

– С одним условием: ты возьмёшь меня с собой. Я тоже хочу посмотреть на это действо. Заслуженного художника СССР, наверное, пустят?

Я улыбнулась.

– Пустят… со мной.

…Заниматься с ней любовью оказалось необыкновенно.