Хоспис

Она могла не столько серьёзно втрескаться, сколько вообразить себе невесть что, нафантазировав, что из-за неё идут войны (а женщины любят, когда из-за них идут войны), и она, красивая, отбила красивого мужика у красивой жены. В общем, одни сплошные речевые ошибки. Тавтология, одним словом.

Но сейчас Морозов давал возможность Ласточкину выговориться и вволю порисоваться, чтобы тот отдохнул от трупа. Пардон, трупов. (Морозов много лет работал рядом с трупами и его всегда мутило от запаха формалина и от самого слова «труп»).

А судмедэксперт вошёл в раж.

– Тех пятерых он не хотел, чтоб быстро опознали, – разглагольствовал Ласточкин, – а эту, наоборот, подставил. И неспроста! Помнишь, когда шумиха была? Всех – на уши! В городе – Фреди Крюгер, а мы не шевелимся! Взбодрили по полной. Так все забегали – мама дорогая! Ну, и чуть не взяли упыря тёпленьким. Ещё бы чуть-чуть бы… Но испугался зверёк наш ласковый, вот и подбросил суперлипу, что, типа, ещё один маньяк завёлся, другой, типа.

– Открыл второй фронт!

– Во-во! – встрепенулся Ласточкин.

– Боевая женщина, – подхватил Морозов. – Нам нужны такие.

– Короче, он это, – подытожил судмедэксперт. – Только с приподвывертом!

Он глянул в тёмное окно и тут же ринулся к двери.

– Бегу, лечу! – бросил он и, обернувшись, со значением добавил. – А то у меня не только тёща, но и жена боевая!

Морозов ухмыльнулся: «Понял, что Анька на него не клюнула».

На пороге Ласточкин столкнулся нос к носу с Шабалиным, строевым шагом направлявшимся к «главному», потрепал его, прямо как Мурзика, по плечу и ускакал, наконец, домой.

Шабалин, едва перешагнув порог кабинета, слюняво запричитал:

– Мурзенька!

Пёс с радостным визгом бросился вперёд и сразу поставил лапы ему на плечи.

– Будет цацкаться! – улыбаясь, проворчал Морозов. – Юр, а ты чего не дома? Тебе на электричке пилить!

– «Люди гибнут за металл», – процитировал Шабалин, не переставая гладить Мурзика.

– Не евши, наверное, – вздохнул Морозов. – А у меня бутеры закончились. Мы с Мурзиком бутеры с салями съели.

– Я сбегаю! Шаурма за углом!.– крикнула Анна и пулей вылетела из кабинета.

Шабалин хотел остановить её, поймав за руку, но его ловкость напрямую столкнулась с резвостью барышни, желающей, во что бы то ни стало, отличиться, и… Фьюить! Не поймал.