Система

Тебя выбирают и потом используют – может, дом построят, может, корабль соорудят. А так рухнешь и будешь тут лежать, корнями своими пугая соседей. В лучшем случае на дрова потом растащат.

– А что, Тополь, вы не слышали, как она визжит и как летят опилки?

– Слышал. А ещё слышал, как стонут деревья, когда их ломает ветер. Вы ещё слишком молоды, но, поверьте мне, бензопила – это не самое страшное.

– Самое страшное – это пожар. Это всё, это конец для всех, – зазвенела серёжками Ольха. – И неважно, в лесу этот кошмар или в городе! Сгорит всё, чем бы ты ни был.

Вот что самое страшное.

– Давайте не будем о страшном, – прервал старый Тополь. – Мы знаем, отчего случаются пожары, но не можем знать, для чего они случаются. И не нам об этом рассуждать.

– Какой вы, однако, философ. Наверное, книжкой хотите стать или карандашом? – встрепенулась Ольха.

– Вовсе нет, не угадали, уважаемая, – замялся Тополь, – всё гораздо проще. Я хочу, чтоб из меня делали спички.

– Хам! – бросила Ольха. – Я тут про пожары, а он… Гадкий, низкий, ужасно, просто ужасно!

– Ну что вы опять, в самом деле, – снова вмешалась Лиственница, – повторяю, каждый имеет право мечтать.

И мечты необязательно должны совпадать со взглядами окружающих.

Солнце медленно садилось за их макушки, красиво подсвечивая разноцветные осенние листья. Сосна наклонилась к Ясеню и тихонечко спросила:

– Ты ещё не придумал, чем хочешь стать?..

– Не придумал… Придумай ты! Я так тебя люблю, что всегда хочу быть с тобой, а чем я буду – это уже неважно, – ответил Ясень.

– А знаешь, чем я хочу стать?.. – улыбнулась Сосна.

– Чем же?

– Виолончелью…

– Чем?..

– Это такой музыкальный инструмент, на нём играют прекрасную музыку… И я слышала, что её корпус делают из Сосны, а гриф из Ясеня, поэтому я давно уже об этом за нас двоих мечтаю…

45-й километр

В кабине локомотива было душно. Машинисты ехали молча – грохот вагонов и стук колёс не располагали к беседе. Фёдор – первый машинист, здоровенный крепкий мужик, сидел по своему обыкновению в чёрных очках и хмурил лоб.

Дима – второй машинист, от нечего делать смотрел в боковое окно, пытаясь на этой скорости определить пейзаж, который сливался в единую кляксу. За их спинами на поворотах вилял огромный железный хвост товарняка с сыпучими грузами и цистернами с мазутом.

Неожиданно Фёдор сказал:

– Что-то не нравится мне звук сзади! Слышишь?

– Нет, звук как звук. Всё как обычно.

– Надо тормозить.