Дорога из АДа

– Интересно. Что же вы убежали, меня бросили?

– Испугалась, такое еще никогда не падало, а вернулась, – вас нет. Хорошо, дядя Коля рассказал, куда вас отправил, тут-то я сразу нашла. – Пойдете? – как-то уж слишком утвердительно спросила она.

– Прямо сейчас? Я собирался, но, думал, посплю пару часов.

– Не успеете. Еще познакомиться надо.

– С мамой, что ли? – я несколько напрягся.

– Зачем с мамой, со мной, – она поднялась в кабину и решительно захлопнула снова скрипнувшую на ржавых петлях дверь.

«Вот это гостеприимство», – успело пронестись в голове, прежде чем вихрь «аглая-моглая-нагая-леглая…» затянул меня вместе с сознанием в какую-то воронку, немного напоминавшую мой спуск по «водяной горке», но гораздо более приятный и впечатляющий.

– Здравствуйте, Козявино, – сказал я через неопределенный промежуток времени, когда, вылетев из воронки, уткнулся на этот раз губами в такой родной уже влажный висок. – У вас всех так встречают?

– Не знаю, до этого люди не прилетали.

– А что прилетало?

– Ну вещи всякие, приборы, в базарный день еда.

Слова, не достигая сознания, хороводом кружились в теплом сиянии закатного солнца. Я казался себе какой-то мухой в янтаре, из которого уже миллион лет не хотелось выбираться…

Часть 1г

Когда я очнулся, выяснилось, что вечное блаженство длилось ровно столько, сколько было необходимо, чтобы успеть на танцы вовремя. Еще издали, хотя это плохо применимое к Козявину понятие, я увидел, как несколько человек развешивают на паутине веревок, тянущихся высоко над площадью, уже горящие разноцветные лампочки.

Судя по тому, как быстро продвигалась работа, делали они это достаточно часто. Глаша, как я теперь ее ласково называл, с рассеянной улыбкой смотрела куда-то внутрь, и я не решился ее отвлекать. По мере приближения отчетливей стала различаться одежда, точнее, стало видно, что она практически не различается. Серые костюмы и белые платья в синий горошек.

«Ну это просто утренник какой-то в детском саду, а не танцы, – весело подумал я сначала.

 – Сейчас ты за свой камуфляж здесь точно огребешь», – скучно подумал я потом.

Пора было тормошить Аглаю. Сейчас должно произойти что-то вроде «прописки».

«Войдешь в камеру, тебе бросят под ноги полотенце – вытри об него ноги». Стоп, о чем это я? Конечно, в России, как прописаться в «хату», многие не только понаслышке знают, но сейчас это не то, это лишнее – соберись.