Сказка о демократии

Но, как известно, желание всеобщего блага и справедливости может совратить и испортить любую, даже самую непорочную натуру. Поэтому тлетворная идея уважения мнения простых обывателей, как зараза начала овладевать умами и настроениями собравшихся.

– Правильно! Требуем демократии и свободы! – крикнула с ветки Обезьяна и, скривив дикую ужасную рожицу, стала скакать по дереву. – Хочу имманентности!

– Царь зверей – это как-то старорежимно! Надо по-новому. В духе времени, с привкусом цивилизованности. Например, Президент граждан свободного леса! Или демократический Лидер лесного общества.

А можно, Вождь лесной нации, – гордо заржала Лошадь и встала от посетившего её вдохновения на дыбы.

– Нет. Он должен быть нам, как отец родной. Всех нас любить и опекать. Поэтому пусть новый самодержец будет «Батюшка»! Изберём себе Батюшку всея леса, болота и горы! – умильно промямлил Бегемот.

Он уже хотел снова заснуть, как обычно на собраниях, но получил огромным кокосовым орехом по затылку от Обезьяны:

– Чепуха! Он должен быть таким, чтобы мы могли ему подражать, копирования его.

Назовём его «Идеал». Мы выбираем наш лесной Идеал! – и вся стая обезьян с диким гиканьем и кривлянием запрыгала по веткам, выкрикивая: – Наш Идеал! Лесной Идеал!

– Ну, что вы! Мы избираем самого мудрого. Поэтому будем звать его Наимудрейшим, – попыталась остановить истерию обезьянничанья и кривляния Сова.

Но её, кажется, даже никто не услышал. От обиды она нахохлилась, спрятала голову в перья и закрыла свои огромные глаза.

Так она показала своё пренебрежение этому глупому собранию.

– Нет, выберем самого красивого. Пусть он будет «Наша Прелесть»! – проворковал Павлин.

Желая продемонстрировать вершины прекрасного, он раскрыл цветастый яркий хвост и величаво прошёлся по поляне, то и дело поворачиваясь к собравшимся своим оголённым бесстыжим задом.

– Глупости. Самого сильного. Будем звать его «Наша Непобедимость», – рыкнул Тигр.

От этого рыка расшумевшиеся мелкие зверушки на минуту поутихли.

Но это длилось лишь мгновение. Азарт дележа престола и гарантия неприкосновенности быстро вернули буйство вседозволенности.

– Пусть будет самый хитрый! – прервал паузу Хамелеон.

– Конечно, самый ловкий! – поспешила высказать своё мнение Пантера.

– Нет, самый мягкий и пушистый! – возразила Норка.

– Самый серый! – завизжала Крыса.

– Самый длинный! – прошипел Питон.

– Самый рогатый! – вступил в спор Олень.