Сказка о демократии

Но гораздо больше привлекало получения хотя бы незначительной её части авансом, при жизни. Вчера вечером он так сильно разбередил свою фантазию и своё тщеславие, что сейчас серьёзно рассчитывал, что звери реально могут признать его государем. Ему стало горько за неблагодарность и непочтительность к его смелой и героической персоне обновителя общественной жизни. Заяц так уверенно убедил себя в своём собственном величии, что никак не мог понять, почему остальные звери такие глупые и не видят очевидного – его неординарной и самой подходящей для царствования фигуры.

Тем временем бескорыстные лесные граждане начинали входить в азарт дележа власти и привилегий.

– Волка нельзя! Он слишком злой, – вернулась Зебра к предложению Лисы.

– Самый злой в лесу не я, а Ёж! Он всегда колется. К нему с какой стороны не подойдёшь – везде колючки, обращённые к соседу. Я вообще не понимаю, как с ним Ежиха в одной постели спит?! – возразил Волк.

Он оскалился и сам первый засмеялся своей двусмысленной шутке.

– Наша постель с Ежихой, не твоего ума дело! – огрызнулся Ёж. – Лучше за своей женой следи. Я не злой, а хорошо защищённый от соседской доброты. Я всегда предусмотрительно укрываюсь от любых благих намерений. Это у меня врождённое, от природы. Поэтому пока жив.

– О чём говорим?! Не спорьте, – добродушно предложил Попугай. – Давайте поступим, как в других цивилизованных зарубежных лесах! Устроим выборы.

– Правильно! Чем мы хуже просвещённой заграницы! Нам тоже нужна демократия. Устроим всеобщие тайные и равные выборы, – не подумав о последствиях, заявил известный лесной интеллигент и мыслитель Козёл. – Я читал в одной научной книге, что демократические традиции благотворно сказываются на развитии творчества, искусства и науки в обществе. Я думаю, что демократия имманентно присуща дикой звериной натуре.

Скользкая мысль о внедрении демократии в лесную жизнь так возбудила зверей, что на поляне начал нарастать гул и одобрительный ропот. Только тот, кто начитался слишком много заумных иностранных книг, мог подкинуть лесному сообществу такую провокационную и порочную мысль – избирать себе царя, да ещё тайным и равным голосованием.