Разноцвѣтіе

На окнах висели светонепроницаемые гардины, с другой стороны, у стены, стоял книжный шкаф, и висела карта, скрытая брезентовым чехлом. Справа от моего стола была еще одна дверь, которая вела в комнату отдыха. Неудивительно ее наличие, ибо начальнику штаба зачастую приходится «жить» на службе, и такая комната необходима. В ней размещалась солдатская кровать, тумбочка, табурет и шкаф для одежды. Кроме того, еще за одной дверью была уборная с умывальником. Таким образом, все было организовано так, чтобы помогать службе.

Без пяти 9 при полном параде я был у кабинета командира бригады. Он вышел тут же, также при всех регалиях. Взглянул на меня, посмотрел на мои ордена без мечей и, улыбнувшись, сказал:

– Гарантирую Вам, Алексей Валерьевич, что мечи будут. Теперь – марш, марш на плац!

На плацу управление уже было выстроено, и доклад командиру представлял дежурный по бригаде:

– Смирно! Равнение налево! Господа офицеры, сабли вон! Ваше превосходительство! Управление 50-й артбригады по Вашему приказу построено! Незаконно отсутствующих нет! Дежурный по бригаде штабс-капитан Зихман! – закончил доклад дежурный и отошел в сторону, пропуская командира.

Генерал Андреев сделал несколько шагов вперед и повернулся к строю.

– Господа офицеры! Представляю Вам начальника штаба бригады подполковника Черневского Алексея Валерьевича. Прошу оказать помощь при постановке в строй и иметь в виду, что в мое отсутствие господин подполковник будет исполнять обязанности командира бригады.

– Слушаюсь, – ответил я и отчеканил несколько строевых шагов, пока не возглавил строй управления бригады.

– Вольно! Начальникам отделов и служб отдать указания, убыть по рабочим местам.

После этой команды соответствующие начальники вышли из строя и отдали распоряжения подчиненным. Через несколько минут плац опустел. На нем стоял только я и дежурный по бригаде.

– Зайдите ко мне, господин штабс-капитан, – сказал я ему.

– Есть, господин подполковник, – ответил Зихман и проследовал за мной.

После того, как мы вошли ко мне в кабинет, я повернулся к дежурному и воскликнул:

– Аркадий Генрихович! Вы ли это?! Какая встреча!

– Я, Алексей Валерьевич! Я также рад Вас видеть! – и мы тепло пожали друг другу руки.

Дело в том, что штабс-капитан Аркадий Генрихович Зихман был моим однокашником, «констапупом», и выпускались мы вместе в 1903 году из Константиновского артиллерийского училища.