Близь и даль

О нём она больше даже не упоминала…

Об этом давнем деревенском случае, я вспомнил вот по – какой причине.

Сидел я как-то тут на скамейке, на волжской набережной, а на соседней скамейке молодая пара отдыхала. Они разговаривали о чём-то неторопливо, а потом к ним еще один молодой человек подошёл и стал, жалобно так, денег на похмелку просить. Ну, эти молодые люди стали возражать, что не надо бы, мол, тебе больше пить, уж больно запои у тебя длинные. На что парень уверял, что запой этот свой он тут же закончит, как только похмелится, а сейчас, мол, нету никаких сил терпеть.

– А чертей своих не боишься? – улыбаясь, спросил парень со скамейки —

помнишь, ты нам про чёрта как-то рассказывал.

– Да ну, это один раз всего было, да и то недолго, мельком я его видел.

– А расскажи-ка ещё, вон Света у меня про такие чудеса не знает.

– Расскажи, расскажи! – весело оживилась девушка.

– Да чего тут рассказывать, ну просыпаюсь я как-то рано утром с такого же примерно бодуна и вижу: промелькнуло что-то черное от двери.

А дверь, что в шифоньер приоткрыта была, – и смотрю: он туда. Я сначала немного напугался, лежу, подходить туда боюсь. Ну, потом уж встал, заглянул, – нет там никого, успокоился. Вот и всё…

– Ты бы его ловил бы, да вязал, или капканов на следующий раз наставь, – улыбнувшись, пошутила Светлана.

– Ну, ты научишь ещё? – с нарочитой серьёзностью сказал партнёр.

Наступила короткая пауза, после чего он продолжил: – Ну, так тебе сейчас дай, – напьёшься, не такое ещё померещится.

– Не, ребята, резко ведь тоже, говорят, бросать нельзя. Сегодня похмелюсь, – и всё, завязываю. А то и, правда, свихнуться можно.

– Дать ему что ли на похмелку? – обернулся парень к девушке.

– Да, наверное, надо, – жалостливо промолвила она.

– Ну ладно, – полез тот в карман, – дам тебе в последний раз на пузырь, но больше не жди, завязывай.

— Да конечно – конечно! – радостно оживился тот, и, получив заветную бумажку, скорым шагом скрылся за сенью густой аллеи…

Наступила молчаливая пауза.

Мне виделась та бабушка, которую отвадил от пагубной привычки «чёрт», что и сам после этого окончательно исчез. А вот в исцеление этого гражданина верилось с трудом. Ну, разве что «чёрт», – допустил я, – когда-нибудь по- настоящему его допечёт…

Караси

У моих деда и бабушки, что жили в отдалённой от нас деревни, я бывал не часто. И вот однажды летом, решив на несколько дней съездить к ним, я отправился туда на своём велосипеде.