Вечный эскорт

Она говорила на таком прекрасном русском языке, какой редко услышишь даже в моей рафинированной инженерно-интеллигентской среде. Я неизменно угощал ее кофе или горячим шоколадом с сэндвичем, иногда – бокалом шампанского. Она ела сэндвич, отрывая длинными, удивительно белыми и чистыми пальцами маленькие кусочки, и старалась положить их в рот, не касаясь помады на губах. Если у нее был неудачный день, я давал ей деньги на такси. Вначале она пыталась со мной рассчитаться – натурой, конечно, – но я неизменно отказывался, и со временем она оставила эти попытки.

Ее звали Ева Яблонская. «Случайно не родственница членкора Яблонского?» – «Кто знает, кто знает, милый». Она была из Костромы. «Если бы ты видел, какой это красивый город. До сих пор люблю Кострому». Мать – учитель математики, отец – истории. Отец ушел к молодой, оставив жену с тремя дочерьми. Но детей любил, особенно младшую Еву – помогал, часто виделся с ней, сумел привить любовь к истории и хорошей литературе. После школы Ева уехала в Ленинград, училась на филфаке.

– Какой язык был основным?

– Французский, хотя я знаю несколько – испанский, итальянский и, конечно, английский.

– Почему тогда клиентура из итальянцев?

– Итальянцы похожи на русских. Открытые, веселые, красивые. А французы… Маленькие, потные, волосатые. Так и смотрят, как бы поменьше заплатить, а то и вообще сбежать. Чуть что – милиция, милиция!

Мы подолгу говорили с ней. Почему я так привязался к Еве? Мне было двадцать пять или чуть больше.

Конечно, она была ундиной. Вне сомнения. Смеялась совсем как молодая. В ней была особая пронзительность. И потом она была по-настоящему умна – каким-то необычным, снисходительным и ленивым умом, в котором совсем не было места ни озлоблению, ни резкому осуждению. Это казалось удивительным.

– Встань рядом со мной, – сказала она мне однажды почему-то особенно медленным голосом, как бы нараспев. – Встань, прошу тебя, тетя ничего дурного мальчику не сделает.

Я выкарабкался из глубокого кресла и подошел ближе.

Она стояла напротив и вплотную рассматривала мое лицо. Ева была на огромных каблуках и поэтому смотрела на меня сверху вниз. На нас поглядывали посетители бара, все это выглядело довольно нелепо.

– Тебе не кажется, что эта работа тебе не подходит? – спросила она.

– Какая работа, что ты имеешь в виду?

– Инженер, мой милый, инженер. Не для тебя это. Неужели ты подумал, что я могла принять тебя за проститута? Ты зарабатываешь гроши.